Книга Дневник невестки: замужем за мамсиком, страница 67 – Аиша Идрисова

10:45

Пока писала на доске план сочинения, в класс заглянула завуч.

— Анна Александровна, подойдите, пожалуйста, в учительскую, это по делу Прокофьева, очень срочно! — велела она, оглядывая класс, — А потом ко мне — буквально на пару минут.

Ах, да, это, наверное, Ромашкин подошел за характеристикой. Захватив папку с заполненными документами, поспешила в учительскую.

Ромашкин стоял спиной к двери и смотрел в окно. Непривычно было наблюдать в этой комнате, привыкшей к маленьким женским очертаниям, фигуру крупного мужчины в синей форме.

Ощущая неожиданную слабость в ногах, я опустилась на стул.

— Здравствуй, Аня, — сочным голосом поздоровался Ромашкин, с любопытством глядя прямо мне в глаза.

— Павел Сергеевич, давайте договоримся, что в школе мы обращаемся друг к другу исключительно по имени-отчеству! — улыбнулась я. Ромашкин, однако, уловил в моих словах некий намек.

— Договорились, Анна Александровна! — отчеканил он, — Я и забыл, что у стен есть уши — особенно в больших женских коллективах. Заполнили документики?

— Да, пожалуйста, — я протянула ему папку, стараясь не смотреть ему в глаза — в них было очень много нежности, понимания, симпатии… Или это мне только кажется и я выдаю желаемое за действительное?

— Молодец, Анна Александровна, — ответил он, бегло просматривая документы, — И характеристику заполнили?

— Да.

— И даже справку от психолога вставили?

— Да, — слегка удивилась я, не понимая, зачем он спрашивает очевидное.

— И табель об успеваемости, да? Отлично. А сегодня со мной встретитесь?

— Да, — машинально ответила я и резко подняла глаза.

Ромашкин, чуть сдвинув темные прямые брови, внимательно смотрел на меня. Надо же, какой у него квадратный мужской подбородок — показатель решительности и мужественности его обладателя. Суровый рот сжат в ожидании ответа.

— Я… я сказала «да», но на самом деле «нет», — залепетала я, краснея, — Я так ответила машинально, потому что, потому что…

— Потому что ответила утвердительно на два других вопроса, — сказал Ромашкин, — Ну так что? Я могу рассчитывать на вечер в компании прекрасного собеседника? Сегодня в шесть вечера встретимся на Набережной?

— Зачем тебе это? Что за детский сад? — только и успела спросить я, когда дверь внезапно распахнулась, заставив меня испуганно подпрыгнуть от неожиданности. Вошла молоденькая учительница английского языка со стопкой тетрадей.

— Ой, — она смущенно улыбнулась при виде Ромашкина и стала суетливо поправлять свободной рукой свою прическу, — Я не помешаю, надеюсь? В моем кабинете пятиклашки занимаются, вот и пришла сюда.

«Очевидный жест прихорашивания», — подумала я раздраженно, запоздало удивившись своей негативной реакции — с чего бы это? Ромашкин, однако, не выглядел смущенным.

— Что Вы, конечно, не помешаете! Проходите, пожалуйста, я уже ухожу! До встречи! — он слегка улыбнулся мне и вышел, оставив в воздухе свежий аромат мужского парфюма. Англичанка с наслаждением принюхалась, вызывая у меня новую волну раздражения.

— Какой красивый! — мечтательно сказала она, выкладывая на стол тетради, — Очень мне нравится такой типаж мужчин! Люблю таких… Высоких, в форме. Ань, а познакомь меня с ним! — воодушевленно повернулась ко мне она.

— Извини, Лен, потом поговорим, у меня урок идет! — свернув разговор, я быстро вышла из учительской, оставив недовольную Лену сердито смотреть мне вслед. Так, мне надо побыть одной.