Книга Александр: линии судьбы, страница 230 – Кристина Ният

— Как дела? — я улыбнулась, стараясь не вспоминать, как грубо обошелся со мной Кирилл, когда я просила его рассказать мне о состоянии Саши. — Ты подрос.

— Нормально.

Кирилл рассматривал брата. Он выглядел задумчивым.

— Что ты так на меня смотришь, малой?

— Ты станешь отцом? Почему мне ничего не сказал?

Саша кивнул. Я отошла в сторону, чтобы не смущать братьев.

— Ты ведь в курсе...

— Я хотел бы услышать такую важную новость от брата. Знаешь, это ведь и ко мне имеет отношение. Я стану дядей. Неважно, что у вас происходит с родителями, я никогда от тебя не отворачивался, почему же ты воротишь нос?

— Киря, давай без драмы. Ребенок еще не родился. Ты ничего не пропустил.

— У меня ощущение, будто я приемный ребенок в семье, — Киря провел рукой по волосам. Я впервые видела, что он злится. — Есть только ты, отец и мать, а я вечно за бортом! Вы понимаете друг друга, вечно что-то выясняете, переживаете... Может, я действительно приемный, Саш? Я ведь ни на кого даже не похож... Ни характером, ни внешностью. Я не вписываюсь в ваш семейный круг.

Я опешила. Господи... Пока все носились с Сашей, никто не замечал, что творится с Кириллом. Он молча носил в себе обиды.

— Ты что, серьезно? — Саша расхохотался. У меня сжалось сердце. Иногда Саша ведет себя как бесчувственный придурок, и ничего с этим не сделать. — Все проявляют к тебе повышенное внимание. Тогда, по твоей логике, я не то что усыновленный, а подкидыш!

— Нет. Ты один из них. Ты очень похож на родителей. И на отца, и на маму. Я не знаю, кто я... Имею ли к вам отношение. Всем важен только ты и твои чувства, а меня будто не существует.

Кирилл опустил глаза.

— Если бы ты умер, — он сглотнул, — я потерял бы родителей. Они сломались бы... развелись или еще что-нибудь сделали. Их объединяешь только ты, Саш, но ты будто этого не видишь или не хочешь видеть...

— Завязывай молоть чушь. Все тебя любят.

Саша похлопал брата по спине.

— Ты меня ненавидишь. Ты ни разу не был мне настоящим братом...

Слезы текли по моим щекам, и я не могла их остановить. Саша выкинул мороженое в мусорный бак. Кирилл посмотрел на меня.

— Прости меня, Лен. Ты хорошая девушка, и мне жаль, что тебе достался Саша. Он бросит тебя, как и всех остальных.

Не знаю, что мной двигало: материнский инстинкт или неописуемая доброта к тем, кто любил Сашу. Я обняла Кирилла, и он уткнулся носом в мое плечо. На лице Саши заходили желваки.

— Что за херня происходит? Киря, хватит об нее вытирать сопли!

— Саша, — я наградила его строгим взглядом, — прекрати так себя вести.

— Как?

— Как придурок. Кирилл, приходи к нам в гости. Я скину адрес. Приходи, когда захочешь.

Он отстранился и недоверчиво посмотрел мне в глаза.

— Ты правда этого хочешь?

— Да.

— Спасибо, — он покраснел и перевел взгляд на брата. — Только против Саши не пойдешь. Он ведь этого не хочет...

— Приходи, — Саша повысил голос. — Кто тебе запрещает? Можешь хоть жить с нами. Тоже мне, страдалец.

Кирилл усмехнулся, а я улыбнулась. Вскоре брата Саши кто-то окликнул, и он, наспех попрощавшись, ушел.

— Зря ты его позвала. Повадится — потом не выгоним.

— Я не хочу его выгонять.

— Он предатель. В Израиле я просил его рассказывать тебе про меня... Этот паршивец встал на сторону родителей.

— Саш, он еще ребенок.