Книга Александр: линии судьбы, страница 231 – Кристина Ният

— Ты слишком добрая.

— А ты слишком злой.

Саша поцеловал меня в висок.

— Значит, хорошо, что мы встретились? Баланс?

— Без сомнений.

Мы оба рассмеялись и, схватившись за руки, направились к остановке.

Через месяц Саша найдет работу по своей специальности. Я оставлю ресторан, и мы переедем в более комфортабельную квартиру. Кирилл станет нас навещать. Он оказался очень милым и внимательным человеком. Каждый раз он приходил к нам с огромными пакетами с едой и спрашивал, что мне привезти в следующий раз. И лишь через много лет я узнаю, что это все делала мама Саши... Ослепленная счастьем, я не замечала странных совпадений и невероятного везения после встречи с Кириллом. Работу Саша тоже получил благодаря отцу, но, благо, он этого так никогда и не узнал. Родители Саши всегда были рядом, даже когда казалось, что они очень далеко...

Александр

— Может, Виктория?

— Нет, — Лена морщит нос. — Мне не нравится.

— Ангелина?

— Ее будут звать Геля!

— Давай тогда Наталья?

— Я не поняла, тебе что, все равно?

Лена нахмурилась, и я рассмеялся, когда она надула щеки. Она набрала больше двадцати килограммов и выглядела невероятно милой.

— Нет, конечно. Ты привереда, тебе ничего не нравится.

— Нравится, но ты не рассматриваешь мои варианты!

— Василиса? — я сразу стал серьезным. — Бред вообще. Пока выговоришь — язык сломаешь.

— Можно сокращенно — Вася.

— Она кот, что ли? Кому из нас все равно?

— Может, напишем имена на листочках и определим имя для дочери по жребию?

— Случай не должен решать такой ответственный вопрос.

Я лежал на животе, положив руки под подушку.

— Как тогда? Может быть, мою бабулю попросить подсказать?

— Твою маму как зовут?

Рыжая рассмеялась, кидая в меня плюшевого медведя.

— Негодяй!

— Кто осмелится назвать дочь Зинаидой? Она не справится с такой важной задачей.

— Бабуля, кстати, и мне имя придумала!

— Елена... мне тоже не нравится. Слишком заносчиво.

Лена запустила в меня еще одного из армии своих плюшевых медведей и вдруг замерла, смотря на свой палец. Я вскочил.

— Что такое?

Губы рыжей задрожали, и она расплакалась.

— Лена, что случилось? Вызывать врача?

— Смотри... татуировка увеличилась... у меня растянулась кожа! Я толстая!

Я с трудом сдержал смех, обнимая жену.

— Ты меня напугала.

— Не давай мне еду. Я же просила!

— Как ты себе это представляешь?

— Легко! Зачем ты покупаешь все такое вкусное?

— Не покупать?

— Нет, — она разрыдалась еще сильнее, и я покачал головой. — Я больше вообще ничего не буду есть, кроме гречки.

— Хорошо, принято. Переходим на гречку. Только не плачь.

— И даже солить ее не будем. Это соль во всем виновата, — она шмыгнула носом.

— Конечно, ну нахрен эту соль.

Лена рассмеялась и поцеловала меня в шею. В этот момент нам позвонили в дверь.

— Кто это?

— Думаешь, я могу видеть сквозь стены? Сейчас посмотрю.

Посетить нас могли только хозяйка квартиры или Киря. И то они обычно предупреждали. Я открыл дверь и опешил, увидев маму. Она стояла в очках, черном строгом костюме, с тортом в руках.

— Привет. Можно пройти?

Лена вышла в коридор и растерялась. Я не знаю, как она могла на нее смотреть после того, как она с ней обошлась.

— Нужно было заранее созвониться.

Мама сжала губы в тонкую полоску. Она переступала через себя... Она появилась, когда я уже не нуждался в ее помощи. Недавно я встал на ноги, сменил работу и начал нормально зарабатывать.