Книга Вот и я, Люба!, страница 119 – Мара Евгеника

Чувствую себя настолько себя вымотанной, что просто беру свои вещи и выхожу из кабинета. Оказавшись на улице, иду туда, куда меня несут ноги.

В себя прихожу на скамейке в парке. Вернее, в чувства меня приводит детский голосок.

— Теть, а теть, тебя обидели? — услышав такие простые слова, поднимаю голову и вижу перед собой мальчонку лет трех-четырёх. — Тебя некому зафитить, да? А хочефь я тебя буду зафифать? Ну, буду твоим зафитником, а?

Слушая юного защитника, начинаю улыбаться. Мальчишка мне тоже лыбится, ручонками своими вытирая с моих щек слезы.

— Степушка, — слышу женский голос в далеке. — Степка-постреленок, где ты?

— Степушка, тебя мама ищет, — говорю мягко и нежно, улыбаясь шире.

— Ага, ифет, — отвечает он мне. — Её тоже надо зафитить. А у тебя то есть зафитник?

— Есть и его тоже Степушка зовут, — произношу, поглаживая головушку мальчонки.

После очередной попытки семьи Гаврик надавить на меня Дима, Миша и Аня принимают решение на время заменить меня другим специалистом.

С этого дня я практически безвылазно нахожусь днем на ферме, а вечером вместе с Димой еду к ним домой, где провожу ночи и выходные.

Основную часть времени своего отдыха лежу в спальне, потому как состояние моего здоровья даже меня саму все меньше радует, а если сказать честнее, то больше огорчает и напрягает.

Уже в тысячный раз говорю себе и даю слово, что в ближайшее время схожу к врачу, но пока этот поход все оттягиваю.

Сегодня вечером, когда перед сном спускаюсь в кухню выпить воды, мне становится совсем плохо.

Поняв, что в туалет бежать сил у меня нет, начинаю прямо в мойку освобождать содержимое желудка.

В этот момент неожиданно в кухню заходит Димка. Увидев мое полуобморочное состояние, сын подхватывает меня под руки.

— Алена, иди в кухню, — закричит Дмитрий. — Мать, да ты совсем рехнулась, в содержимом твоего желудка кровь. У тебя желудочное кровотечение.

— Дима, Господи, что случилось, — как сквозь вату раздался голос невестки. — Стой там, Алёна. Звони в скорую. Скажи, что срочно нужна экстренная помощь, реанимация, пациентка с кровоточащей язвой желудка.

Пока приехала бригада скорой помощи, меня ещё не раз рвет кровью. Димка отправляет Алёну в спальню и велит не выходить.

Я все время умоляю сына никому ничего не сообщать, чтобы никого не пугать.

— Димочка, очень тебя прошу никого не беспокоить моим здоровьем. Завтра мне станет лучше, все только напрасно переполощаться. Да, ни в крем случае не звони родственникам Степана. И так все на нервах, что его до сих пор нет. Ой, не забудь завтра Пашку отвезти к Маришке в роддом. Только сначала узнай, вдруг она родила уже. Боже, сыночек, я же упустила из вида, Герда должна опороситься, вдруг случится завтра, то сообщи мне…

Не знаю на каком-то из наставлений сознание начинант покидать меня. В момент ускользающего света думаю и молюсь только о своем Степушке, что бы вернулся домой живым и здоровым. Да, уже бы просто живым.

Мчусь на всех парах, на пределе возможности гелика. На подъезде к ферме вижу положительные изменения. Забор новый, видеокамеры по периметру, ворота, модульный пост охраны.

Сигналю. Буквально через несколько секунд видеокамера поворачивается в сторону моего авто.

"Несмотря на совсем раннее утро, а вернее, рассвет, отреагировали быстро. Не спят. Надо было, конечно, время замерить. Ну, да ладно, тоже неплохо," — мысленно делаю отметку, ставлю плюс.