Книга Звезда полковника Грома, страница 4 – Мара Евгеника

Во время первого видео онлай петинга и секса моя сладкая девочка еще смущалась и краснела. Со второго все пошло, как по маслу.

Я выпросил через три месяца у своего командира отпуск. Но…

Жанночка меня определила и прилетела ко мне со словами: “Соскучилась. Жить без тебя не могу!”

К сроку моего отпуска Жанна в Москве через какую-то подружку договорилась, что нас распишут, как только я прилечу в отпуск. После встречи в аэропорту мы сразу же поехали в ЗАГС.

Пышную молодежную свадьбу сыграли через неделю.

Мои родители для нас, молодоженов, освободили квартиру бабушки, которая переехала жить к ним.

В ней мы и живем по сию пору. Вернее, в ней живет Жанночка, а я только приезжаю на побывку в отпуска.

Требовать после свадьбы, чтобы моя молодая жена моталась со мной по гарнизонам не стал. Понимал, что Жанне нужно учиться.

Сначала она порывалась все же приехать и освоить жизнь жены в части. Но…

Побыв рядом со мной три месяца первых своих каникул, после наступления осени и нового учебного года, пыл ее поутих.

Если сложить все дни из семи лет семейной жизни, что вместе мы провели может года полтора.

Сначала Жанна училась. После получения диплома ей предложили хорошее место в одной престижной нефтяной компании.

Я радовался успехам жены. Мечтал о детях. Но…

Все перечеркнуло мое ранение, контузия и посттравматический синдром.

— Родион, так больше жить не возможно! Слышишь меня! Я боюсь тебя! Мне страшно оставаться с тобой ночью один на один. О каких детях может идти речь. С такими нарушениями психики вряд ли какая-то женщина согласится родить ребенка. Уж, точно не я, - слышу сквозь шум, зажимаю уши руками и со стоном падаю на пол…

Глава 3

Мила

— Люда, могла бы найти время и приехать проведать меня, - вздыхая, слушаю голос матери. - Ты уже три месяца дома не была. Скоро забудешь, как мать выглядит.

— Ну, что ты, мама, говоришь. На самом деле времени нет. Учеба, практика, работа. Я со стройки прихожу в общагу мертвая, - шепчу прямо в микрофон старенького кнопочного телефона.

— Ну, вот же…Работаешь…А денег матери перевести не можешь, - тут же раздается гневный голос родительницы.

— Ма, я же месяц не работала. Помнишь, в прошлый раз говорила. Практика у меня была в архитектурном бюро. Проект мой в конкурсе победил. Только денег за победу там не было, - напоминаю уже третий раз, но мать все хуже запоминает информацию.

— Хватит придумывать отговорки, Людмила. Ты когда приедешь? Мне лекарства нужны, а купить не на что, - словно не слыша меня совсем, снова талдычит свое мать.

Хотя о чем я? Она меня давно не слышит. Вернее, слушать не хочет, потому что считает, что я все придумываю.

Вот и тогда, когда ко мне в комнату ворвался ее друг-собутыльник и начал меня лапать и лезть в мои трусы, мать тоже сказала, что я все придумываю.

Вернее, не так. Она кричала:

- Профурсетка малолетняя! От горшка два вершка, а туда же. Ты посмотри на нее! Еще шестнадцати не исполнилось, а она уже задницей своей перед мужиками крутить начала.

Несмотря на то, что я стояла в порванной футболке и с бордовыми отпечатками на руках и шее, мать все равно гнула свое:

- Не надо придумывать и наговаривать на человека. Не крутила бы задницей, никто бы не стал на обращать на тебя внимание. И не смей врать матери. Приставал он к ней. Ты себя в зеркало видела? К чему здесь приставать? Не тело, а доска, - пьяно фырчала мать. - Прикрой свою срамоту, фантазерка. И нос вытри. Скажи спасибо, что лишь одной пощечиной обошлось. Мало я все же тебя порола в детстве…