Онлайн книга «Счастье в 50. Драмы больше нет»
|
Записав всю информацию по документам в ежедневник, выдыхаю, ощущая себя пустой оболочкой. — Муза Анатольевна, Вы железная леди! Даже не так…Музон, я знаю тебя с абитуры. Мы вместе, можно сказать, съели пуд соли. Но… Юлька садится напротив, внимательно смотрит на меня и накрывает своей ладошкой мою. — Сегодня, подруга, ты сделала мой день… Нет, я знала, что Муза Беляева – сильный человек. Только… Подумать не могла, что у тебя стальные яйца! Знаешь, уверена на тысячу процентов, что даже еблан Карпович так хорошо тебя не знает… — Да, брось ты, милая, – вынимаю ладонь и кладу сверху Юлькиной. – Все, что я сделала, это только для блага моих детей. Если парни уже могут сами, то малышку надо растить, учить… — Муз, заранее прошу извинить меня за вопрос, – подруга смотрит на меня приподняв бровь. – Можно я его все же задам? — Юль, мой ребенок родится. Здоровым. Я в этом уверена. И мы с ним или с ней справимся. Сейчас все гораздо проще. Памперсы, няни, качественные смеси. У меня ещё пять месяцев впереди. Найду толкового управляющего. Хотя… Стоп… У меня же ты есть. Вот и подстрахуешь… Наш разговор прерывает входящий. На экране вижу “Тима”. Внутренне сжимаюсь, потому что уже нет сил держать лицо. Но… Зная, что младший страдает повышенной тревожностью, вызов принимаю. — Да, родной. Привет! — Привет, муль! Тима называет меня так, как в детстве. Делаю вывод: сын взвинчен. — Тим, что случилось? — Это я у тебя хотел спросить, ма. Звонил отец. Сказал, что ты творишь какую-то дичь. Принимаешь чудовищные решения, что может негативно отразиться на всей нашей семье… Глава 17 Карпович уже почти неделю не проявляет признаков жизни. Не звонит. Не пишет. Не появляется ни в доме. Ни в клинике. Я тоже его не тревожу. Вернее… Не хочу нервировать нас с малышкой. Она только меня и радует. Хотя бы тем, что не тошнит и не беспокоит мамин организм. Ну, кроме шевелений, что с каждым днем становятся все активнее. Потому “расплескивать” себя на негативные эмоции по личной инициативе не имею никакого желания. Как говорится: все проблемы надо решать по мере их поступления. Пока у меня массу времени отнимают рабочие вопросы и задачи, связанные с реалиям семейной жизни, что упали на мои плечи гранитной глыбой. И все же… Я прекрасно понимаю, что выяснений отношений не избежать. Но.. Сейчас на это у меня нет ни сил, ни желания. Хватило и непростого разговора с младшим сыном. Хотя… Ничего конкретного я Тиму так и не сказала. Да, вынуждена признать, что оказалась трусихой. Да, не смогла озвучить нелицеприятную правду… Лишь заметила, что между супругами, к сожалению, могут возникать острые углы недопониманий и опасные точки невозврата: — Милый, ты зря расстраиваешься и горячишься. Все, что сейчас происходит между мной и вашим отцом, касается только нас. На тебе и Матвее это никак не отразится. Вы наши дети. Мы вас любим. И мы всегда будем вашими родителями. — Мам, ты что решила развестись с отцом? – выдохнул с напряжением в голосе сын. — Тима, это папа тебе так сказал? — Нет. Такого он не говорил. Просто несколько раз повторил, что ты творишь дичь. И это может негативно отразиться на семье и бизнесе. — Понятно. Все несколько не так, как обозначил отец, – постаралась произнести как можно спокойнее, но мысленно при этом кастерила Карповича последними словами. – Есть то, что он умалчивает. Но… Родной мой, я считаю, что отец должен это сказать вам сам. |