Книга Нам (не) по пути, страница 55 – Мара Евгеника

Вижу, что у Кирилла резко падает настроение. Понимаю, что своими словами я задеваю его за живое, вероятно, царапаю его самолюбие. Как человек-эмпатия решаю изменить вектор нашего разговора, играя на любопытстве Кира.

— Кстати, ты знаешь, что у каждого хирурга с годами вырабатывается свой личный фирменный стиль и почерк? По хирургическому рубцу, который остаётся у пациента практически всегда можно сделать вывод о квалификации специалиста. Молодой хирург будет осторожничать и аккуратничать. Зрелый профи, имея набитую руку, выложит стежки чёткими отточенными движениями.

— Хммм, то есть ты, например, можешь сказать, кто штопал меня, да?

— Если тебе интересно знать, то могу. Переворачивайтесь на живот, пациент, — говорю Киру.

Он без сопротивления ложится животом вниз. Я сажусь на его ягодицы, вожу пальчиками по спине. Трогаю шрамы. Не упускаю момент провести носом от шеи до поясницы.

— Мне нравится то, что ты делаешь и как сидишь, Колибри. Разведи ножки чуть шире и сильнее прислонись ко мне своей "киской". Хочу чувствовать её мягкость и влажность, — постанывая, шепчет Кирилл.

— Прекрати отвлекаться, несносный похотун. Я тебе бесплатный практикум провожу. Слушай внимательно. Эти два шрама очень давнишние. Зашивал человек далёкий от медицины. Один из швов разошелся, не обошлось без воспаления, зарубцевался самостоятельно, крайне грубо. Кстати, можно сделать операцию по иссечению верхних рубцовых тканей с наложением косметических швов. Это будет красиво и эстетично. Теперь эти два рваных ранения. Их оперировал отличный специалист, профи, стежок к стежку положен, край максимально ровный. Вот эти три рубца из новых, — долго и внимательно вожу и прощупываю достаточно аккуратные швы, — неплохо выполнены. Видно, что специалист очень старался. Думаю, что их делал начинающий хирург, может, интерн или вообще практикант. Ты сам-то знаешь людей, которые тебе все эти швы накладывали?

— Первые — старшина нашего отделения. Другие два после операции в госпитале образовались. Третьи не знаю, не где и кто штопал. Но ты, Колибри, молодец! Дай я тебя за это поцелую, а лучше полижу твою "киску", — произносит Кирюха, наваливаясь на меня. — Хорошая ты — девчонка, Варюха! Как дальше жить думаешь?

— Дальше, я, Кирилл Петрович, думаю вставать и кормить нас завтраком. Потом планирую вывести тебя на прогулку и показать местные красоты. Мне нравится, как ты всем восторгаешься. Затем ты можешь побалдеть самостоятельно или баню затопить, как вчера и планировал сделать. Я займусь некоторыми личными делами. Спать сегодня ляжем раньше. Завтра нам надо выдвигаться до первых петухов. От деревни до Питера около 500-т километров.

— Точно, петухов я сегодня слышал, но так и не понял, где они голосят. Варь, а на самом деле, деревня то где? Судя по навигатору наш путь через деревню проходил, но ты мне велела свернуть, и мы проехали какой-то партизанской дорогой.

— Нормальной мы дорогой проехали, Кирилл, красивой. Гелик на предмет езды по бездорожью испытали. Восторгу твоему не было предела, когда ты посмотрел на окрестности с холма, — пыхтя и выворачиваясь из-под мужчины, поясняю я.

Выбравшись, поднимаю с пола вещи и пытаюсь надеть на себя. Кирилл вырывает из моих рук одежду.

— Ты мне обнажённая нравишься, Варь. Я хочу на тебя на голую смотреть. Ещё мечтаю сделать несколько фотографий. Кстати, сможешь скинуть мне фотки и видос на мой телефон? — получив от меня отрицательный жест головы, с печалью замечает. — В принципе, иного я и не ожидал. Ну что ж, за вредность твою выебу тебя жёстко и безжалостно. Кстати, после ночного пробного шара и твоей горячей реакции на мои пальцы, сегодня все же доберусь до твоей попочки. Буду первопроходцем всех твоих девственных местечек!