Книга Босс в Тундре. Минус 40 и без плана Б, страница 52 – Елена Львова

Но она уже разворачивается и идет к Ване.

Я остаюсь стоять. Ноги будто приросли к полу. Руки опустились и висят плетьми. В горле ком, который невозможно проглотить.

Смех мальчишки доносится из кабинета — звонкий, счастливый, ничего не подозревающий. А внутри у меня впервые за долгое время появляется чувство, что я шагнул туда, где деньги не работают. Где правила другие. Где ты можешь хотеть как лучше, а получить — как всегда.

В груди становится пусто и холодно, будто меня аккуратно вынули из картинки, где я уже начал чувствовать себя своим.

И не знаю, что делать дальше. Первый раз в жизни — не знаю.

Я делаю вдох. Медленный, глубокий, чтобы успокоить сердце, которое бешено колотится. Потом поворачиваюсь и иду к выходу.

Не потому, что сдаюсь. А потому что здесь и сейчас я ей ничего не докажу. Ни словами, ни деньгами, ни подарками. Здесь работает только время. А времени у меня катастрофически мало… всего несколько дней.

Я выхожу на улицу, мороз хватает за лицо, а внутри впервые нет привычного ответа на ситуацию. В груди тяжесть, будто камень положили под ребра.

Иду к машине, открываю дверь, сажусь, завожу двигатель.

И сижу.

Руки на руле, взгляд в лобовое стекло, но перед глазами она. Ее глаза и страх, который она не успела спрятать.

Я глушу двигатель. Тишина возвращается сразу, гулко и резко. Я выхожу из машины, снег скрипит под подошвами. Стою и смотрю на дверь административного корпуса. Там Ваня… там она… Там жизнь, в которую меня пока не впускают.

Я не знаю, что делать дальше.

Но я остаюсь.

Стою и смотрю на окна, за которыми сейчас, наверное, Ваня осваивает смартфон, тычет пальцем в экран, объясняет что-то Наталье про приложения. А она кивает, улыбается ему. Для меня у нее улыбки не осталось.

В груди холодная тяжесть. Я даже дышу чаще, чтобы не чувствовать ее так остро.

И вдруг в памяти резко всплывает вчерашнее сообщение, как холодная вода в лицо. Тот самый момент, когда реальность врывается в сон и заставляет открыть глаза.

«Совет директоров назначен. Позвоните»

Я так и не открыл сообщение вчера, не прочитал его полностью. Достаю телефон. Экран загорается, режет глаза своей неестественной яркостью.

«Совет директоров назначен. Позвоните в 15.00 по видеосвязи»

Нервно смотрю на часы — семнадцать ноль-две по местному времени.

Я быстро считаю в голове. Шесть часов разницы. Пятнадцать по Москве — это девять вечера здесь. Через четыре часа.

Воздух выходит из легких медленно, со свистом. Реальность возвращается.

Не толчком, а медленно, как мороз, который заползает под плохо застегнутую куртку. Сначала не замечаешь, потом уже не согреться. Компания. Акционеры. Вопросы, на которые у меня нет ответов. Давление, от которого я сбежал. Цифры, графики, люди, ждущие решений.

Ладно. Нужно решать вопросы.

Убираю телефон в карман и иду к административному корпусу в кабинет Романа. Мне нужен стабильный интернет. Без сбоев. Без риска, что связь оборвется на полуслове.

Шаги по снегу тяжелые, ватные. Каждый шаг будто через сопротивление.

Чувствую странное раздвоение. С одной стороны, привычное, почти рефлекторное возбуждение перед серьезным разговором. То самое, что помогало мне годами: собраться, сфокусироваться, выдавить из себя максимум. С другой — легкая усталость от того, что этот разговор вообще состоится.