Книга Целительница для некроманта, страница 27 – Инна Дворцова

Утро, как всегда, приходит не вовремя. Я ещё не успела выспаться, как этот несносный некромант уже будит.

Сам бодр и весел, как будто спал всю ночь. Я же после его ухода с наслаждением вымылась, с удовольствием покушала. Не просто заснула, а вырубилась. Не слышала, как он пришёл. Если, конечно, приходил ночевать.

Вот и как после бурной ночи можно быть бодрым? Я знаю, как приготовить травяной отвар для бодрости. Может у Мелваса есть подобное заклинание, надо спросить.

Мелвас ведёт себя, словно ничего не случилось. Будто и раздевался при мне и не заставлял его мыть. Мне же воспоминания, такие жаркие и стыдные, не дают смотреть ему в глаза.

Умываюсь остатками чистой воды, надеваю одежду и спускаемся в общий зал. Каждый думает о своём. Мы с разве, что парой перебросились.

К нам подлетает бодрый и свежий трактирщик, уж он-то точно лёг попозднее меня. Я же чувствую себя разбитой.

— Чего изволите? — с подобострастной улыбкой спрашивает он нас.

— Плотный завтрак, — распоряжается Мелвас, — и с собой провизии.

Трактирщик привычным движением протирает стол, на который подавальщик ставит корзинку с ароматным и ещё горячим хлебом, вазочку с малиновым вареньем, миску с зернистым творогом, плошку с маслом. Ставит кувшины с молоком и взваром.

Я хватаю хлеб, намазываю его маслом, а сверху вареньем. Вкуснятина! Я дома так часто делала. Наливаю себе в кружку ещё тёплого молока.

Трактирщик самолично приносит жаровню с яичницей и две миски с кашей.

Мы с удовольствием едим.

— Теперь, неизвестно когда поедим в человеческих условиях, — без сожаления говорит Мелвас. Он вымакивает мякушкой хлеба желток в яишне, запивая молоком. — Кэрри, ты отправляешься на конюшню и выводишь лошадей. Я расплачусь с хозяином.

От того, что он назвал меня Кэрри, я морщусь. Моё настоящее имя забывается. И меня это злит.

Признайся, хотя бы себе самой, Кэрри, что тебя злит не то, как он тебя называет, а то, что он пойдёт прощаться с этой девушкой.

А уж если заглянуть глубже в своё сердце, то увидишь злость из-за того, что он предпочёл другую.

Какие бы намерения у меня ни были, то, что Мелвас, после того, что между нами было, ушёл к другой, вызывает обиду и боль.

Я поднимаюсь, беру свою дорожную сумку и отправляюсь на конюшню.

— Доброе утро, как спаслось? — подпрыгиваю я от внезапного дружелюбия. Сзади неслышно подошла та самая девица и стоит, улыбается.

У меня зачесались руки вцепиться в её роскошные косы, как делали у нас в деревне соперницы. Но лишь молча кивнула.

Сонный конюх седлает наших лошадей. Моя лошадка уже готова, и я приторачиваю к седлу свою сумку. Конюх на заводную лошадь укладывает мешок с зерном. Глупо, конечно, тащить такую тяжесть, но Мелвасу виднее. И я сейчас не про мешок с зерном, а про девицу, которую некромант решил взять с собой.

Я опасаюсь, что моя жизнь круто переменится с её появлением и это мне очень не нравится.

— Что-то ты не больно разговорчивая или немая? — пристаёт с расспросами девица.

Хочется ответить грубостью, но я сдерживаюсь и молча пожимаю плечами.

На дворе меня уже ждёт Мелвас. Подвожу его коня и Одуванчика. Конюх ведёт заводных лошадей. Некромант взваливает свои неподъёмные дорожные мешки на бедных животных.

Так и застывает. Перед нами нарисовалась вчерашняя девица, полностью готовая к дороге.