Книга Война на Дунае, страница 122 – Андрей Булычев

— Веселей идём, братцы! – покрикивали унтера. – За дыханием следим, чтобы мушка на целике потом не ёрзала!

Густые цепи бежали перед наступающими под барабанный бой русскими колоннами. Четыре сотни шагов до неприятеля. Далеко. Черт лица турок совсем ещё не видно. Но ничего, хитрой пулей и отсюда их можно разить.

— Цепи, стой! – крикнул Алексей, встав на одно колено. – Огонь по своему прицелу и сноровке!

И выбрав группку неприятеля, кучкующуюся рядом с бунчуком, выжал спусковой крючок. Быстрая перезарядка – и мушка вновь выравнивается в прорези крайнего откидного щитика. Грохот выстрела, и дым относит в левую сторону на стоящего рядом Толстого, а рука тянет новый патрон ко рту. Рывок зубами за краешек бумаги – и порох опять сыпется на полку ударного замка.

Тысяча за тысячей на каждый растянутый россыпной залп били пули по османским пушкам, по земляному брустверу ретраншементов и по телам турок. Со стороны неприятеля загрохотали ответные выстрелы, и позиции затянуло дымом. Тщетно, на таком расстоянии огонь турок не был страшен, пули пели над головами, ударяли в землю и крайне редко били на излёте в егерей.

Но вот грохнули выстрелы пушек, и по полю сыпанула картечь. С десяток егерей были ранены и убиты. Свинцовый шарик ударил по руке Кулгунину, раздробив кости у локтя.

— Майора покалечило! – разнёсся крик по цепи. Офицера подхватили под руки и утащили с передовой линии в тыл.

Сотня фузей и штуцеров били по прислуге орудий, и уже через минуту около пушек не было ни одного топчу.

— Куды убежали, братцы?! – донёсся крик Уфимцева сзади. – Чуть нагнали мы вас!

К цепям подтащили полковые фальконеты, и теперь уже они ударили вдаль крупной картечью.

Бой барабанов за спиной становился всё громче и громче, и вот пехотные колонны, пройдя сквозь егерские цепи, с рёвом устремились на неприятеля.

Турки, покинув высоты, бежали к своим главным позициям, и Кутузов перестроил свои войска. Всю имеющуюся у него конницу он перевёл на левый фланг, туда, где была большая поляна, пехоту же он построил в пять колонн, расположив их в одну линию.

Теперь уже турки повели наступление, бросив всю отбитую Голицыным конницу на правый Кутузовский фланг.

Ружья гремели беспрестанно, отбежавшие в колонны егеря разили всадников поверх голов пехоты, пока та отбивалась штыками. В это время от генерала Волконского подошли гренадёрские: Свято-Николаевский, Киевский, Московский и Екатеринославский полки, которые ударили с ходу во фланг неприятелю. Турки, отбитые по всей линии, откатились к своим главным позициям у лагеря. В это же самое время османские суда с десантом из алая янычар вышли из Браилова и высадились на берег чуть выше места переправы. Выставленная Репниным на острове пушечная батарея открыла огонь и потопила пять судов на подходе.

Отряд генерала Шпета, усиленный Апшеронским и Смоленскими мушкетёрскими полками, Стародубовским и Черниговским карабинерным ударил по десанту и обратил его в бегство. Турки неслись сломя голову к судам, спеша на них укрыться. Вслед за ними устремилась русская кавалерия. В это самое время к месту боя подошли корабли Дунайской флотилии де Рибаса, которые потопили ещё четыре неприятельских судна. Множество турок, пытаясь добраться до отходящих в панике судов, утонуло, и тела их несло по течению вниз.