Книга Война на Дунае, страница 123 – Андрей Булычев

А возле Мачина в это время начиналась генеральная атака на главные османские позиции.

«Хорошо вот так вот шагать под барабанный бой в колонне: справа, слева плечо товарища, тесно, но зато надёжно, – думал Алексей, перебегая в цепи на новую позицию. – А вот мы, егеря, любим простор».

Левое крыло корпуса Кутузова, обогнув линию неприятельских ретраншементов, заходило туркам во фланг. Русская кавалерия сковала конницу противника, и уже ничего не мешало манёвру лёгкой пехоты. А вот и сам лагерь. Обнесённый валом с установленным частоколом и толпами турок на самом верху.

— Ура-а! – потрясая штуцером, прокричал Егоров.

— Ура-а! – заревели егеря, бросаясь вперёд за командиром.

— Бей жирную, лагерную сволочь! – крикнул озорно Горшков и заливисто свистнул.

— Штык им, тараканам, в брюхо! – проорал Южаков. – Они что, с нами воевать хотят?!

Тысяча грязных, чумазых, с закопчёнными лицами русских в потрепанных зелёных мундирах неслись по полю, блестя штыками. Вот они как по команде упали на одно колено, и вся их линия окуталась тёмно-серым дымом. До ушей турок долетел грохот ружейного залпа, и пули выкосили сотни защитников лагеря. Затем ударил ещё один залп, и ещё! Все егеря вдруг вскочили на ноги и ринулись с рёвом на вал.

Усталость, злость, какая-то сумасшедшая лихость несла Лёшку вперёд. Вновь, как и двадцать лет назад, он бежал с примкнутым к штуцеру штыком на врага.

— Ура, ребята!

— Ура-а-а! – гремело со всех сторон!

Вот он вал, и пробежав по нему немного вверх, он воткнул штык в ляжку первому турку, отбил удар сабли второго и потом пробил ему острым клинком грудь.

Рядом орудовал фузеей Толстой, на щеке подтёк крови, глаза круглые, бешеные. Митя орал что-то бранное и теснил дородного турка с длинноствольным карамультуком в руках.

— Сам я! – крикнул он, завидев, что Лёшка дёрнулся ему на помощь, и отбив в сторону ствол неприятельского ружья, резко выбросил фузею вперёд. Штык вошёл турку в шею, и он, забулькав, упал на землю.

Рывок вперёд – и вот Алексей уже на самом верху вала. Выхватив из кобур пистоли, он разрядил их один за другим в ближайших врагов. Волна русских егерей захлестнула позиции неприятеля, и оставшиеся в живых турки бросились бежать.

Корпус Кутузова зашёл неприятелю в тыл с западного фланга, и вся линия укреплений противника сразу же рухнула. До этого довольно стойко сражаясь с полками Голицына и Волконского, заслышав позади себя атакующий клич, турки в панике бросились бежать на юг. Русская кавалерия начала преследование.

Турецкий командующий Мустафа пытался восстановить порядок и попробовал было выставить новую линию войск за Мачинским озером, однако его воины, не слушая пашу, бежали в сторону Гирсово. Верховный визирь, который в это время шёл в направлении Мачина с тридцатитысячным войском, тоже был увлечён всеобщим паническим бегством. Вслед за ним неслась и вся брошенная им армия. Перед войсками Репнина боеспособных войск неприятеля более не было. Ожесточённое Мачинское сражение, длившееся шесть часов, завершилось полной победой русской армии. Ей можно было бы пойти вперёд в сторону Балкан и Стамбула, но Репнин не Суворов, генерал-аншеф и так уже взял на себя, по его мнению, слишком много. Ему ещё отчёт перед Потёмкиным держать. Войскам поступила команда собирать трофеи и переправляться на свою сторону.