Книга За храбрость!, страница 38 – Андрей Булычев

— Спасибо, Николай Андреевич, – поблагодарил Зимина капитан. – Селим-хан – хитрый и опытный владетель, поняв, что не сможет удержать крепость, он воспользовался этим потайным ходом и бежал в горы, бросив своё войско и народ, и это, конечно, досадно. Оставшиеся в городе беки, мирзы и воинские командиры уже и без него присягнули на верность нашему императору сразу после штурма, а остальной народ сделает это завтра, и всё равно лучше бы это свершилось при бывшем владыке, во избежание, так сказать, всяческих осложнений в будущем. Прямо уже сейчас мы можем всерьёз опасаться, что низложенный шекинский владетель начнёт смущать своих бывших подданных и выжидать удобного момента, дабы поднять мятеж и вернуть себе обратно ханство. Тут всё осложняется ещё и тем, что совсем недалеко от Нухи находится враждебный нам Джаро-Белоканский джамаат, из которого Селим-хан может получить помощь. А вот больших войск у нас ещё пока здесь нет, они или идут сейчас к Дербенту и Баку, или караулят у Аракса Аббас-мирзу, не давая персам ударить по нам с юга. Ну, или наблюдают за Эриванью, препятствуя нападению с этой стороны на Тифлис.

— Тришкин кафтан, – проговорил с горечью Копорский. – Хоть где потяни, везде рвётся. Я это к тому, что как же силами всего лишь одной дивизии целый мятежный край усмирить? – пояснил он. – Ведь ни одной битвы ещё не было, в которой бы мы на равных с неприятелем сражались. Одних только откинешь, а уже прочие с других сторон лезут. Когда же подкрепления у нас будут, Сергей Иванович?

— Господин подпоручик, Пётр Сергеевич! – Огнев поморщился, неудачно двинув рукой. – Мне ли вам сейчас напоминать, мы поставлены властью вышней, чтобы безропотно нести знамя империи в этих отдалённых землях. Пусть даже и малым числом и супротив преогромного. Нести это знамя и побеждать, прошу заметить.

— Да я не ропщу, Сергей Иванович, – вздохнув, произнёс Копорский. – За общее дело ведь переживаю, чтобы сил на то, чтобы всё устроить, хватило.

— Не переживайте, уж как-нибудь, с Божьей помощью, – успокоил, мягко улыбнувшись, капитан. – Больших подкреплений нам, увы, тут сейчас ждать не приходится, в Европе за Вислой опять разгорелась ожесточённая война с войсками Наполеона, и все резервы государства сейчас отправляются туда. Значит, будем воевать теми силами, что сейчас имеем, стараясь не растратить их понапрасну. Ладно, давайте пока о делах насущных поговорим. Полковник Бомбель испрашивал у их превосходительства три дня на отдых и на обустройство наших эскадронов, однако в связи с бегством Селим-хана в горы ему в этой просьбе было отказано. Казакам и эскадрону капитана Самохваловского приказано было начать преследование. Нашему эскадрону в отсутствие всякой другой кавалерии в крепости велено было вести объезды окрестностей и организовать постоянную дозорную службу. Так что разделяемся на две равные половины. Взвода подпоручиков Крутикова и Комаровского заступают в дозоры уже сегодня. Поручика Зимина и Копорского – послезавтра. Так пока и будете через двое суток меняться. Требование у меня будет одно, господа командиры, держаться настороже, напрасно не рисковать и быть в дозоре не менее чем десятком.

— Лучше бы уж в горы в погоню идти, чем тут кружить, – сетовали в отданном под квартирование отделения доме драгуны. – Тут и на сменном отдыхе начальство придирками своими одолеет. Ну, неужто без нас эту присягу некому было охранять?