Книга 1812, страница 61 – Андрей Булычев

— Штабс-капитан Назимов, поручик Гончаров! — представились, соскакивая около егерских офицеров, драгуны.

— Поручик Бобылёв, прапорщик Пинюгин, — откликнулись те. — Что-то мы вас не видели ранее, в первый раз сюда?

— В первый, — подтвердил, пожимая руки егерям, Назимов. — А вы что тут, давно стоите?

— Да прилично, второй уж месяц пошёл, — заметил поручик. — Это вас, кавалерию, туда-сюда меняют, а нас не спешат.

— Да вам, небось, и тут неплохо, — усмехнувшись, предположил Тимофей. — Начальство далеко, служба необременительная.

— Ну, так-то да, — согласились егеря и заулыбались.

— Сейчас, конечно, хорошо, — заметил Бобылёв. — Только ведь неделю как закончили с редутом возиться. — Он кивнул он сереющий в сумраке земляной вал. — А ваши своих коней всегда вон там держат. — Поручик указал рукой. — Там из брёвен коновязи сколотили. Так что привязывайте. Пароль на сегодня — «Обь», отзыв — «Клязьма».

Стемнело, и около земляных укреплений зажгли караульные костры.

— Прогуляюсь. — Тимофей кивнул в сторону редута. — Ваня, Марк, Лёнька, подпругу на конях не ослабляем, проверьте у своих. Оружие всё время при себе, чтобы, если что, — миг, и вы на коне, второй — и уже в бою.

Приторочив к седлу каску и натянув на голову фуражку, Тимофей пошагал в сторону вала.

— Стой, кто идёт?! — донеслась громкая команда, и щёлкнул отжатый курок.

— Поручик Гончаров, Киевский драгунский! — откликнулся Тимофей.

— Пароль?! — требовательно произнёс всё тот же голос.

— «Обь»! — крикнул драгун.

— «Клязьма»! — И из тени, создаваемой валом, вышел караульный с примкнутым к ружью штыком. — Проходите, ваше благородие.

— Хорошо службу несёшь, братец, — похвалил его Тимофей. — Я ведь тебя так и не разглядел, хотя в десяти шагах стоял.

— Ближе, вашбродь, — усмехнувшись, уточнил егерь. — Вы, небось, до нашего офицера?

— Ну, можно и так сказать.

— Ванька! — приставив к ноге ружьё и сделав из ладоней трубу, крикнул караульный.

— Чего?! — донёсся отклик.

— Тут до нашего прапорщика драгунский офицер, пароль знает, не пугай!

— Ладно! — отозвались из ночи. — Здесь их благородие, пусть на вал заходит!

Тимофею подсветили факелом, и он залез на земляную насыпь. Наверху около небольшой пушки стоял уже знакомый ему прапорщик.

— Не спится, господин поручик? — произнёс он, улыбаясь. — А то ваши-то всё время хоть у костров, хоть тут у коновязи дрыхнут.

— Не дрыхнут, господин прапорщик, а несут службу подле коней, — поправил его Гончаров. — И уж мои точно бодрствуют.

— Извините. Про ваших ничего не могу сказать. Так-то кавалерию понять можно, она ведь по большому счёту только лишь придана сюда для усиления, а уж сам караул весь на нас, на егерях. Меня, кстати, Константином зовут.

— Тимофей, — назвался Гончаров. — Спокойно тут у вас, Константин?

— Даже слишком, — покачав головой, произнёс с ноткой грусти прапорщик. — Скука страшная. Дорога эта заштатная, основной ведь поток из Варшавы на Гродно или на Брест идёт. Редко когда какой обозец или путник здесь проезжает, но приказано, однако, её заставой сторожить, вот мы и стоим.

— А про французов ничего не слыхать? — поинтересовался Тимофей.

— Да какие уж там французы! — отмахнулся егерь. — До границы тут вёрст сорок, а на польской стороне кто же его знает, есть ли вообще кто? Казачьи дозоры иногда здесь проскакивают. И вот казаки из них говорят, что тихо у Нарева и у Западного Буга. Редко когда улана на той стороне увидят. Может, и не будет никакой войны?