Книга Крест за Базарджик, страница 132 – Андрей Булычев

Ещё затемно взводы выезжали из своих переулков к месту сбора и, перестроившись, эскадронной колонной следовали на центральную дворцовую площадь. Здесь уже стояли пехотные батальоны и отдельные команды. Пререкаясь и переругиваясь с соседями, начальство, наконец, выстроило все подразделения на размеченных загодя местах.

— Чего, нельзя, что ли, было на выгоне за рекой построиться? – ворчали драгуны. – Теснимся как сельдь в бочке у рыбарей, вон конной артиллерии даже и места не хватило, на улице пушкари стоят.

Светало, с неба падали снежинки, и Тимофей стряхнул их с гривы Янтаря.

— Ну что поделать, друг, терпи. – Он потрепал его обрубленное ухо. – Зато вечером двойную порцию овса получишь. А у хозяйки мы сено выпросим, небось, уж не откажет нам. Замолвлю за тебя словечко.

— Вашбродь, а может, не придётся выходить? – спросил стоявший позади Очепов. – Ну что я, простой ведь драгун, тут вон господ офицеров целые сотни стоят.

— Придётся, Фрол, так что соберись, – произнёс, обернувшись, Тимофей. – И не робей, ты же у нас всегда такой шебутной, а тут чего стушевался?

— Не боись, Рыжий, ежели дуранёшь – и ничего, потом в караулы с месяц походишь, подумаешь, какая невидаль, – подшучивали над драгуном товарищи. – Зато на генерала поглядишь, ну и он на тебя.

В который уже раз, оглядывая суровым взглядом полковой строй, проезжал перед ним Салов. То и дело останавливаясь, он делал драгунам замечания и ехал дальше.

— Генералы, генералы, – пробежало по рядам и шеренгам.

По ступеням парадной лестницы дворца молдавского господаря спускалась большая группа военных, во главе которой с султанами перьев на шляпах шествовали три генерала.

«Уваров, Войнов, а это кто такой впереди них? – произнёс про себя Гончаров. – Незнакомый и важный, вон как ему первому жеребца подводят, а все остальные ждут».

Оседлав коней, генералы неспешным шагом проследовали в восточный, дальний конец площади, туда, где стоял Фанагорийский гренадерский полк, и начали с него смотр.

— Здравжелаемвашдительство! – донеслось вскоре оттуда, и потом после недолгой паузы: – Ура! Ура! Ура-а-а!

Начальство поехало дальше, и вот оно уже встало перед мушкетёрским полком.

— Чего-то смоленским внушают, – заметил стоявший рядом Чанов. – Ругают, что ли, али, напротив, хвалят? Непонятно.

— Да нет, не ругают, – проговорил Тимофей. – Вон какие у генералов лица довольные.

— Хороший полк, – подтвердил Блохин. – Что под Базарджиком, что под Шумлой мушкетёры стойко держались.

Справа раздался рёв тысяч глоток, и свита поехала следом за тремя генералами.

— А хороши ваши драгуны, Александр Львович, – долетело до ушей Гончарова. – Оно и понятно при таком-то шефе.

— Орлы! – Войнов кивнул, скользя взглядом по лицам кавалеристов. – Во всех сражениях неприятеля сбивали, хоть тот и числом их многократно превосходил.

— За то и столь высокая награда, – произнёс с улыбкой незнакомый генерал. – Ну что сказать, выправкой полка я весьма доволен, о чём всенепременно доложу их светлости.

Объехав весь полковой строй, генералы со свитой выехали на его середину.

— Здравствуйте, драгуны! – воскликнул старший из генералов.

Глубокий вдох – и вместе со всеми Тимофей выкрикнул традиционное:

— Здравия желаем, вашпревосходительство!

— Благодарю вас за службу!