Книга На задворках империи, страница 137 – Андрей Булычев

Неудачный исход персидской войны Гудовича совершенно подорвал наш авторитет в Закавказье. Настаивать на проведении границ по Куре, Араксу и Арпачаю перед Персией после двукратной неудачи под Эриванью мы, конечно же, теперь не могли. Не было у русской стороны и достаточной осведомлённости о планах персов, об их желаниях и возможности. Будут ли они искать с нами мира или же готовятся возобновить войну? Такой же неопределённостью отличались и наши взаимоотношения с Османской империей. Полгода шла активная переписка Санкт-Петербурга и Тегерана. В это самое время англичане, оттеснив французов, всеми силами препятствовали заключению мира между двумя державами. Под влиянием британского эмиссара Гарфорда Джонса тегеранский двор выработал широкую программу враждебных действий против России, по которой предполагалось заключить мир с Турцией и вторгнуться в наши пределы одновременно с двух сторон. В тылу же у нас предполагалось поднять восстание горских народов на всём протяжении Кавказа от Чёрного и до Каспийского моря. С этой целью османские эмиссары появились в Абхазии, Гурии, Имеретии, Мингрелии и среди горцев Западного Кавказа. Агенты же Персии наводнили мусульманские провинции на Восточном Кавказе.

Русские дипломаты и только зарождавшаяся военная разведка смогли получить доступ к нужным сведениям и проинформировать Санкт-Петербург о планах неприятеля. Баба-хан и Мехмед-Али-хан предполагали вторгнуться в российские пределы со стороны Карабахского ханства в направлении Елисаветполя и Шемахи с дальнейшим выходом на Тифлис, а также к Баку и Дербенту. Наследник престола Аббас-Мирза должен был наступать со стороны Эривани в сторону османского Карса и, соединившись с турками, затем ударить совместно на Тифлис с западной стороны. С февраля под Тебризом начала собираться огромная армия из конницы и пехоты, часть которой, не менее чем в десять тысяч, к этому времени уже была вооружена и обучена современному бою западными инструкторами.

Выступая перед войсками, повелитель Персии уверил их, «что не повернёт узды своего движения, пока русские не будут выгнаны из Иверии», то есть за пределы Кавказа.

Стало ясно, что вторжения неприятеля не избежать, и Тормасов двинул большую часть имевшихся у него сил на юг, где они были расположены вдоль всей границы от Чёрного до Каспийского моря на укреплённых постах. Сам же с ударным корпусом расположился посредине, дабы успеть выдвинуться и усилить любое из направлений.

Шестнадцатого июля 1809 года трёхтысячный авангард Мехмед-Али-хана перешёл границу и внезапно напал на амамлинский пост, но был отбит и скрылся в Ортнавском ущелье. Через четыре дня, усилившись конницей Хусейн-Кули-хана эриванского, неприятель опять предпринял атаку на Амамлы и Бекант, но и на этот раз потерпел неудачу и отступил в горы. На следующий день подошли главные силы Мехмед-Али-хана. Желая сломить сопротивление русских, он в течение двух дней, двадцать второго и двадцать третьего июля, настойчиво повторял нападения одновременно на все посты: Гюмри, Артик, Бекант и Амамлы, но всюду встречал стойкий отпор русских гарнизонов. Особенно упорным был бой под Артиком, продолжавшийся с раннего утра и до вечера, окончившись тем, что, отбив все атаки, батальон Тифлисского полка под командованием майора Севарсемидзе бросился в штыки и обратил персов в бегство. Видя невозможность сломить сопротивление русских и не найдя у них слабое место в обороне, Мехмед-Али-хан, понеся за время боёв огромные потери, был вынужден отойти за реку Абарань.