Книга На Запад!, страница 84 – Андрей Булычев

Десяток шел передовым дозором, а два других чередовались, сменяя друг друга на носилках.

— Держи, Гриш, – выдохнул Марат, передавая концы шестов от носилок другу. – Я отдышусь немного, а потом опять тебя сменю.

Вот уже несколько часов двигался их отряд по лесной дороге. Встречных никого не было, виднелись одни лишь свежие конские следы и те, которые оставил русский отряд, проходя здесь ночью.

— До темноты мы точно не доберемся до городища, еще немного пройдем и будем на ночевку вставать, – решил Устим. – Давайте, братцы, еще две смены – и потом все.

Митяй, сменившись, подошел к Оське и поправил повязку на его ране. Из-под белой холстины чуть-чуть сочился кровавый ручеек.

— Растрясли мы тебя, дружище, – сочувственно проговорил он. – Чуток еще потерпи, недолго уже до стоянки осталось. Может, воды тебе?

— Да, пить, пить, – хрипло прошептал раненый и с жадностью припал к горлышку фляжки. – Простите, братцы, вона как я вас замучил. И как же ту стрелу проморгал? Не повезло вам со мной.

— Молчи, дурак! – нахмурился Митяй. – У тебя кость и главная жила на ноге не перебиты, а мясо что? Мясо – оно потом нарастет.

От головного дозора подбежали двое и теперь что-то докладывали старшему отряду, оживленно при этом размахивая руками.

— Раненых в подлесок! – скомандовал Устим. – Филипп, Третьяк, вы на их охране остаетесь. Остальным приготовиться к бою, впереди идет схватка немцев с вирумцами.

Послышались щелчки перезарядки самострелов.

— Вперед! – крикнул командир, и русские десятки бросились по лесной дороге. Через пару сотен шагов за поворотом послышались звуки недалекого боя.

— Там конные немцы, видать, из тех, что через брод прорвались, наших лесовинов рубят, – доложился десятник из передового дозора. – Надо скорее их бить, еще немного – и всех они там кончают.

Открывшаяся картина была неприглядная. Три десятка конных немцев перехватили полусотню вирумцев на небольшой поляне и сейчас уже ее добивали. Более половины союзников, исколотые копьями и изрубленные мечами, уже лежали на земле, а вторую половину всадники загнали в мелкий кустарник и теперь нещадно избивали.

— Мы налегке, копий у нас с собой нет, если к себе подпустим, то худо будет, – просчитывая, как ему лучше строить бой, проговорил Устим. И, как видно, приняв решение, резко скомандовал: – Становись, самострельщики бьют с двух сотен шагов, лучники выпускают по три стрелы и потом прикрывают стрелков со щитами и мечами! Главное – это выбить основу, все остальные сами в панику ударятся!

Выбежав на поляну, три десятка русских быстро построились в ряд. По команде «Бей!» в спину всадникам вылетело два десятка болтов. Стрелки без команды перезаряжали свое оружие. Немцы были хорошими воинами, они мгновенно сориентировались и, резко развернувшись, устремились на нового врага.

— Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, – считал щелчки перезарядки своего речника Митяй.

Десять лучников, послав по три стрелы, сдернули из-за спины щиты и обнажили мечи, готовясь задержать несущихся к стрелкам немцев.

— Заряжено! – Прямо на Митяя летели три всадника, у одного копье было занесено далеко вперед, двое других, угрожающе крича, размахивали над головой мечами. – На! – выцелив копейного, он выжал спусковой крючок, и за десять шагов от русского строя тот выпустил из рук копье и рухнул на траву. Вместе с ним выпал из седла и его сосед. Но третий, как видно тоже получивший болт в тело, громко крича от ярости и боли, ворвался в неплотную шеренгу русских. Сбитые с ног его конем двое покатились по земле. Один, второй, третий удар меча выдержал щит русского воина и потом распался на две половины. Раздался скрежет и хруст – это немецкая сталь, ударив в шлем, ушла вниз и прорубила шею русского. Тот, заливая все вокруг кровью, рухнул под ноги коня.