Книга На Запад!, страница 89 – Андрей Булычев

Так за неспешными разговорами и прошли этот первый, самый короткий волок. Ладьи спустили по бревнам-сходням на воду, и они поплыли далее к Усвятам.

Искать в селе подворье Ухвата не пришлось, уже за версту до него к первой ладье подгребли два небольших челна.

— Люди добрые, с нашей артелью ряд заключайте, у нас все работники исправные, а кони крепкие! Быстро вас через большой бечевник перетянем! – кричали с одного.

— Не слушайте его, это у нас кони крепче! – кричали с другой лодочки. – Хозяин наших лошадок на одном овсе содержит. Ох они и тащат, ну, словно быки тягловые, а еще и быстро идут, словно бы жеребцы дружинных. Запомните: к артели Малуши вам нужно идти!

— Да нет, братцы, извиняйте, мы уж с Ухватом по старой привычке рядиться будем, – ответил им Фрол. – Как нам его найти?

— Да чего же искать-то? – огорченно ответил первый зазывала. – Вона, от него уже сюды челн гребет.

Действительно, от берега в сторону ладей отошла небольшая лодочка. Сидящий в ней человек быстро подгреб к каравану.

— Чего эти баламошки не смогли вас охмурить? – спросил после традиционного приветствия сидящий в ней мужик. – И правильно, у моего хозяина самая крепкая артель на всех этих волоках. И цену он не ломит, как вон некоторые.

Все пять андреевских ладей пристали к длинному бревенчатому причалу. Тут же стояли еще две купеческие.

— Так-то вы и с Василием можете сговориться, ну, коли вам сам хозяин нужен, тогда пойдемте, – кивнул на стоявшее неподалеку за крепким частоколом подворье мужик.

— Батюшки! Кого мне нонче принесло! – всплеснул руками крепкий, немолодой уже мужчина, одетый в добротный армяк и каракулевую шапку. – Рыжий, ты, что ли, Фролка?! – и он, расставив широко руки, пошел навстречу ладейному.

— Но-но, дядя, полегче, для кого Фролка, а для кого Фрол Иванович, ладейный старшина, в воинском звании прапорщика, – напыщенно проговорил андреевец. И, заметив недоумение на лице хозяина, громко в голос рассмеялся. – Ухват, да я это, я, давай же обнимемся! – И сграбастал того в охапку.

— Отпусти, ащеул! – притворно нахмурившись, выкрикнул тот. – Раздавишь ведь! У меня ведь кости уже старые, не то что у тебя, медведь!

— Ну, вот такие у меня здесь дела, братцы, – заканчивая за чаркой меда рассказ, протянул Ухват. – Пережили мы худое время, все, вот теперь жизнь наладиться должна. Лишь бы власть твердая была, а то от безвластия всякий разброд, смута и шатание. Я мыто исправно плачу, аж трем князьям не забываю отсчитывать. И ничего, и мне, и моим людям на жизнь хватает.

— Как это трем? – не понял хозяина Шуйга. – Один ведь хозяин должен быть на земле.

— Так-то оно да-а, должен бы один, – пожал плечами Ухват. – Но у нас ведь здесь три княжества сходятся: Полоцкое, Смоленское и Торопецкое. И волоки эти Двинские – они ведь такие протяженные, что по всем их землям проходят. Вот обидишь ты одного князя, так он с тебя голову снимет. Потому и платим всем. Да нам оно особо без разницы, так-то все равно одному бы это мыто уходило. Пущай уж они сами там, в верхах разбираются, чьи Усвяты. Для нас же главное, чтобы тут спокойно все было. А вот с этим покамест плохо, да я вам только что про эту беду рассказывал, – и он потер покалеченную ногу.

Фрол допил мед и поставил кружку на стол.