Книга На порубежье, страница 59 – Андрей Булычев

Путша с Истомой перемахнули с ходу через борт ладьи, вслед за ними запрыгнули Серафим с Репехом и побежали к кормовой надстройке. Митяй с Вагой, встав у мачты спина к спине, водили самострелами. Ещё трое пластунов, перескочив на палубу, пробежали к носу.

— Чисто, — вытирая тряпицей мечи, доложили вернувшиеся с кормы Путша с Истомой. — Двое только были. Остальные, значит, в избах дрыхнут.

— Вроде и на соседних удачно сработали, — вслушиваясь в негромкие ночные звуки, произнёс Вага. — Если бы не так, тут бы горланили, да и железо бы звенело. Похоже, и в хуторе тоже всех угомонили.

Вдруг тишину разорвал громкий крик, потом ещё один, и всё стихло.

— Накаркал! — бросил Ваге Репех и перескочил с борта ладьи на брёвна причала. — За мной!

Три десятка пластунов перебежали по береговому откосу и через пару минут были уже у хутора.

— Куды ломитесь, всё уже! — рявкнул выскочивший им навстречу взводный Ратиша. — У вас там тоже сладилось, как я понимаю? Ну вот и ладно, в одной избе только всполошились. Пришлось всех сечь. В остальных без большой крови обошлось. Крепостных не насторожили — видать, привыкли, что на хуторе шумят. Так, кто на захват ворот идёт — вон туда, к большому сараю ступайте. Остальным — не мешать, оставаться тут.

— Пойдут, как и замыслили, пять десятков, — объяснял уже под утро собранным у длинного строения пластунам Варун. — Все остальные, кроме тех, кто охраняет пленных и ладьи, уже ушли к крепостному подходу. Тут, стало быть, только лишь те, кто пойдёт со мной. Значит, действуем, как и уговаривались. Впереди идут трое местных из хутора и двое с немецких ладей, со всеми ними работу провели, они хотят жить и жить богато. Даже задаток серебром уже получили. Но полного доверия к ним, и особенно к ладейным, у меня нет, так что за каждым присматривают по двое пластунов. Кто — мы определились. Если что не так, ребятки, бейте их наповал, сразу. Может, и не поймут караульные у ворот в сумятице. Но это на худой конец. Будем надеяться, что ума у них хватит не рисковать, при любом раскладе они уже и так с прибытком, им главное вниз с горы живыми сбежать. Так, ну а мы сейчас облачаемся в старую дерюгу, мажем морды сажей и прибираем с глаз долой оружие с бронёй. То, что не скроем под одёжкой, кладём в большие корзины, в них обычно и носят рыбу и овощ в крепость. Мартын, Митяй, вы со мной впереди, нам предстоит среди местных, кучно идти. Слушайте внимательно, что они говорят меж собой, как отвечают караулу. Если что… ну вы сами знаете, что делать. Со всеми остальными мы тоже всё по три раза обговорили. Наше дело, братцы, — быстрота, дерзость, ярь. Видели, как себя мелкая ласка с кролём ведёт? Бросок, точный удар — и клыки уже прокусывают череп в затылке. Вот и нам так, а уж остальная рать нас поддержит. В лесу у крепости уже никто не спит, все наготове. Ну и нам пора, — он поглядел на сереющий восток. — Всё, одеваемся, морды в сажу, оружие в корзину. Пойдём, как только рассветёт, на серёдке у длинного поворота встали и ждём, как мост опустят. Кто позади — ведём себя шумно, вы ладейная рать, у вас башка от ночной попойки болит, опохмелиться просит.

Тяжёлая корзина давила Митяю на плечо, ноги медленно переступали через камни и рытвины петляющей по склону дороги. Шаг за шагом отряд приближался к своей цели, к воротной башне крепости Динабург. Сотни пар глаз из лесных зарослей и лёжек у подножия горы пристально вглядывались в бредущих с мешками и корзинами людей.