Книга Желтые цветы для Желтого Императора, страница 197 – Екатерина Звонцова

— Я поменяюсь с тобой через три часа, – сказал он Кацуо и все же добавил: – А тебе, малек, советую выспаться. И проспаться.

Асагао отрывисто кивнул и, уже когда Харада лег, накрывшись с головой, пробормотал:

— Извини.

На этом тишина сомкнулась, провисела несколько тяжелых минут. Глухо потрескивало пламя. Забывшись, Кацуо снова вынул кисэру, сунул в зубы – и спохватился. В погоду потеплее можно было бы открыть окно, высунуться, чтобы не дымить вокруг, но ненастье не располагало к такому: мгновенно занесет снегом, замерзнут руки и лицо, да и комната выстудится.

— Это успокаивает? – вдруг спросил Асагао. Кацуо посмотрел на него. Бледное лицо было совсем пустым, кулаки сжимались и разжимались. – Курение.

Кацуо неопределенно повел плечами. Так утверждали многие, но особенно любили на это напирать торговцы. Впрочем, от них можно было услышать многое: что мыло с овощными очистками омолаживает кожу, что, натершись горчицей пару раз, ты сбросишь вес, что жареные тараканы укрепляют кости, а вареная черепаха – залог крепкого стояка… Кацуо, по ощущениям, непрерывно курил и непрерывно же тревожился. Да и смесь его создавалась для другой задачи.

— В наших обстоятельствах успокаиваться лучше иначе, – твердо сказал он. – Если вы закурите или выпьете, то в лучшем случае заткнете огромную пробоину пальцем.

— Знаю, – глухо отозвался Асагао, не смотря ему в глаза. – Когда Рури и тети не стало, мне давали немного вишневого вина. Но потом было только хуже.

— Да. – Кацуо кивнул и опять оглянулся. Четыре приготовленных для них футона лежали в ряд. – А вот сон помогает лучше.

— Не смогу спать. – Асагао потянул руку к пламени, слишком близко: наверняка по ногтям пошел жар. – Я… я раздавлен. Понимаю, что звучит жалко, но мы договорились о честности.

Он опять закрыл глаза. Какое-то время сидел молча, потом продолжил с явным усилием:

— Меня держит одно – что к этому не оказался как-то причастен мой отец, что сама Джуни, скорее всего, ничего не знала, что это только тетины с Юшидзу Ямадзаки грязные дела…

«Ты его видел в тот момент?» – снова спросил Харада у Кацуо в голове, и он поморщился. Видел. И продолжал обдумывать.

— Так что же мы теперь будем делать? – К счастью, Асагао ничего не заметил. Но взгляд его опять горел – нетерпением, болью и страхом сразу.

— А что изменилось? – Кацуо убрал кисэру и сцепил руки на коленях. – У власти все еще нелегитимный правитель. Ваша семья под замком, отбор продолжается. – Кацуо вслушался в вой метели. – И вы, видимо, все еще мстите, правда, уже не столько за тетю и кузину, сколько…

— А за кого мстишь ты? – Асагао повернулся резко, уставился прямо ему в глаза, и на кончиках волос ослепительно сверкнула радуга. – Получается, только за брата?

За брата… Акио – истинный врач – мести как идеи не переносил. И вдобавок к его гибели у Кацуо тоже были вопросы. Один жутче другого, и все – пока без ответов.

— С чего вы взяли, что нами движет одно? – Он помотал головой, отгоняя их. Очередные мысли, превращающие картину мира в искромсанный холст. – Когда я говорил о мести? Путь истинного мибу – справедливое уничтожение зла, а не слепая ярость.

— Считаешь, я слеп? – тут же ощетинился Асагао.

«Да», – чуть не слетело с губ, но все, что за «Да» крылось, могло только породить пустые споры. После которых сложнее будет продолжить путь вместе.