Книга За солнцем, страница 128 – А. Кластер

Гиртарэм жевал «чёрную травку» – та щекотала его смелость, толкала в бой. И ещё, конечно, в голове у Гиртарэма звучала песня – такая же прилипчивая и глупая, как обычно. Белые стены, цветы и птицы, мёд и вино, праздники Сердцевины. Песня сластила шум общих мыслей, как шельф, но никто Гиртарэма не останавливал.

Тэхмирэт ни о чём не думал. Смотрел над туманом на башни, на город, на полосу моря за городом. В нескольких часах пути стояли корабли Старшего Дома. Им подадут сигнал в момент атаки – раньше нельзя, но и оставаться вдали от земли дольше нельзя тоже. Но что, если атака не будет успешной? Нет, она должна быть успешной.

Но Тэхмирэт не думал об этом. Пустота его мыслей лежала над шумным разноголосьем звена, гасила слишком жгучие всполохи. Где-то за пределами силы их семерых текла, шумела река душ других звеньев – их Анкарат не различал, слышал только тяжёлый гул, слитный с гулом доспехов.

Сам он тоже старался ни о чём не думать. Слушал стремительный стук самоцвет-сердца, разгорячённый, жадный: наконец, наконец, наконец всё сбылось, ты сдержал обещание, и я своё тоже сдержу, помогу тебе, ты станешь легендой, исполнишь свою судьбу, исполнишь свою мечту!

В этом восторге, пришедшем издалека, из времени, которого нет в памяти Отряда, собственное сердце Анкарата, потемневшее и тяжёлое, ворохнулось несколько раз памятью о тёплых глазах Амии, о том, как она коснулась губами имени Анкарата, о поцелуе над городом… каждое воспоминание прошивало болью, и сердце померкло совсем. Онемело.

Исполнить судьбу – значит стать свободным, это обещание скреплено клятвой. Нельзя сомневаться. В сомнениях только боль. В воспоминаниях только боль.

В какой-то миг, ближе к закату, Анкарат увидел Гриза за пеленой раскалённой, зачарованной силы Отряда. Гриз поднял открытую ладонь, овитую золотыми нитями, что-то сказал. Не разобрать слов – но Анкарат понял. «Если будет нужно, я помогу тебе снова». Анкарат вскинул руку в ответ. Линия клятвы, зачеркнувшая линию жизни, вспыхнула и обожгла.

Они ударили ночью, и ночь стала ярче Рассвета.

Волна силы прокатилась вниз по холму кипящим золотом.

Отряд ринулся следом, скорость, невозможная прежде, обжигала.

Туман загорелся. Сила четырёх звеньев, двадцати восьми магических элементов, двадцати восьми Испытаний – накрыла его и поглотила. Ярость и мощь этой силы озарила небо, высота окрасилась червонным золотом. Все они были одно движение, одна страсть, безжалостная и жадная, все они горели, как солнце, шли, как солнце, забирали землю, как солнце. Близился Сад-на-Взморье, не белый теперь – золотой, стены его и башни стали подобны закаменевшему свету Вершины.

Подарок Амии бился о сердце – холодный, холодный, холодный, и лишь в этом холоде Анкарат ещё различал себя.

Теперь на стене не было лучников, словно город уже отдали. Главное – вовремя остановиться, но разве это возможно?..

Аметран мчался в центре цепи, впереди – чёрный снаряд среди кипящего золотом мира. Его воля сияла в этом потоке, воля Вершины, отблеск воли Правителя, узел воли всего Отряда. Не существовало человека сильнее.

И этот человек замер – резко, коротким и властным жестом остановил всех.

Чатри взвилась на дыбы, забила о воздух копытами, Анкарат едва удержался в седле.

Что там?