Книга За солнцем, страница 173 – А. Кластер

Глаза Гриза сделались непроницаемы, серая бледность сошла. Он молчал. Анкарат будто слышал, как в душе друга рушатся и вновь выстраиваются преграды – линии знаков, опоры, которыми Гриз окружил сердце.

— И ещё, – Анкарат выдохнул громче, хотел тряхнуть за плечо, но сдержался, – тогда, перед пожаром… Это неправда. Она отчаялась, но не делала им никакого зла. Сказала, будто заколдовала землю, чтоб тебе легче было уйти.

Взгляд друга блеснул, Гриз уронил голову, волосы упали ему на лицо. Прошептал:

— Знаю.

Ветер взвывал над ними. Давил невидимый силуэт Хребта в темноте.

Гриз вернул Анкарату линзу, проговорил глухо:

— Об этом ритуале она мне не рассказывала. Не думай об этом сейчас…

Хотел добавить что-то ещё, но вдруг уставился в небо:

— Там знак. – Гриз вскинул руку, попытался выхватить из воздуха нить и сразу отдёрнулся. – Ищет Аметрана, или…

Что-то падало с неба – кинжал, нет, что-то хищное, с ярким стальным оперением, острым загнутым клювом – медная птица! Анкарат спрыгнул на землю, хлестнул коня Гриза ножнами по крупу – тот метнулся в сторону, умница Чатри – в другую. Птица падала всё быстрей, слепила, и Гиртарэм не мог дотянуться, поймать её вовремя. Анкарат выбросил вверх руку с мечом – сталь врезалась в сталь, полыхнуло медной щепой, искрами, паром, и мир погас.

В темноте всё гудело, давило, где-то рядом и всюду вздыхали кузнечные меха – с шипением, с хрипом. Вместо подземных вод или солнечных жил на глубине тёк жидкий металл, торил новые русла, звенел, звенел. Образы смешивались, толклись, давили на кости черепа – словно взрыв ошпарил не медной щепой и огнём, а дурным вином или ядом. Туман, чёрный от крови растерзанного Проклятья, густел смолой, не давал вдохнуть. Уничтожу тебя, станешь моей землёй, опоздал бежать. Анкарат зарычал, под рёбрами заклокотала ярость, горькая, чёрная – словно лопнуло потемневшее сердце и его чернота перемешалась с кровью. Как смеет мне угрожать, моя воля сильней! Но тьма наваливалась, гасила последние искры сознания…

— Очнись, – Дарэш встряхнул, вернул ощущение тела, запах земли, боли в располосованном лице.

Ощупью Анкарат нашарил на поясе сумку с зёрнами сада. Зерна выскальзывали из окровавленных пальцев, но несколько удалось прожевать.

Сладкий вкус прогнал гул и тьму, слипшийся мир вновь разделился на небо, землю и ломаный контур Хребта. И туман вокруг оказался вовсе не чёрным – кипел движением, силой окружившего Анкарата звена. Замерли полукругом, поодаль. Тэхмирэт стиснул повод Чатри, Гиртарэм удерживал время, Иртрана стрелял – каждый выстрел бил волной общей силы. Железные птицы взрывались в ночном небе, рассыпались снопами искр. Каждый взрыв выхватывал из темноты золото доспехов и неподвижные лица. Анкарат не хотел всматриваться – не желал увидеть в глазах этих смелых людей, тех, кем восхищался, даже отблеск страха.

— Отступаем. – Приказ Аметрана пробил спицей висок. Но слушать эти приказы Анкарат больше не был обязан – их связь осталась теперь только связью Отряда.

Анкарат встряхнулся, бросил в рот ещё одну горсть зёрен, и мир вспыхнул, зазолотился, пронзительный, яркий, словно не Тьма лежала вокруг, а новый Рассвет. Засохшая кровь скреблась на лице, но раны больше не болели, только тянули издалека. Анкарат выхватил повод у Тэхмирэта, вскочил в седло.