Книга Господин прокурор, страница 140 – Катерина Траум

— Прокуратура отказывается выдвигать обвинения Гейлу Эвансу в связи с недостаточностью доказательств его причастности к преступлению.

Киллиан покинул зал суда так быстро, что подобной скорости с трудом можно было ожидать от человека с его травмой. Все еще в ступоре от произошедшего, оглушенная стуком молотка судьи, Пейдж хотела было рвануть за господином, но оцепенение на лице Гейла явно требовало внимания.

Слыша, как громко и явно в негативном ключе обсуждали дерзкое снятие подозрений с задержанного солисторы-наблюдатели, она на негнущихся ногах подошла к брату. С его рук как раз снимали кандалы, а барристер сидел в полнейшем ступоре, так и не поднявшись со стула и открыто не веря в такую удачу.

— Я… чего-то не понял, меня что, отпускают?.. – сомневающимся шепотом спросил Гейл, завидев сестру, и с облегчением потер запястья.

— Вы свободны, мистер Эванс, – буркнул ему один из конвойных, и они оба удалились с таким же осуждающим бормотанием.

— Авансом, – уточнила Пейдж, строго поджав губы. – И чудом. Пожалуйста, больше не вляпывайся ни во что, и… – Она многозначительно нахмурилась, и Гейл с понимающим кивком вышел из-за стола, а затем осторожно приобнял ее за плечи – как раз чтобы следующие слова прозвучали достаточно приватно: – Нигде не болтай о том, что видел на заводе. Ты важнейший свидетель. Если об этом узнают не те люди, ты подвергнешь опасности всю семью.

— Пейдж, я не настолько дурак, – вздохнул он и наконец-то позволил себе робкую улыбку. – Спасибо. Знаю, это сделала ты…

— Нет, – мотнула она головой. – Я не сделала ничего. Это все только он…

Пейдж потопталась на месте, ведь от желания скорее догнать Киллиана и поговорить начистоту жгло пятки. Он был растерян, был в шоке от себя самого, и ему сейчас точно нужен якорь. Понимание, для чего он с таким треском ударил по собственной карьере и репутации. Ради кого?..

— Беги уже, – криво улыбнулся Гейл с каким-то понимающим подтекстом. – Он явно тебя ждет. То, как он на тебя смотрел… Поверь мне как мужчине: это не господин коронный обвинитель твой хозяин. Сдается, тут все абсолютно наоборот.

— Не пори чушь, – нервно повела плечом Пейдж и, на прощание чмокнув его в щеку, действительно понеслась к выходу из зала суда, больше не в силах сдержать порывы души. – Береги себя!

— И ты, Веснушка.

Она выбежала в коридор, от волнения не чувствуя под ногами пола. Казалось, что на новом шаге, спускаясь на второй этаж по лестнице, она все-таки взлетит и упорхнет к солнцу, затопляющему теплом через окна Дом правосудия.

Отказ Киллиана от обвинений Гейла был громче любых возможных признаний: да, ты важна, ты нужна мне, я готов жертвовать должностью и поступаться принципами, чтобы не сделать тебе больно.Для Пейдж эти не озвученные, но прекрасно прочитанные в его поступке слова были очевидны. И от них кувшинка в груди не просто расцвела вновь, а замерцала робким, стойким счастливым сиянием снежно-белых лепестков.

Это было нечто невероятное. Невозможно приятное. Щекотка под ребрами, из-за которой с лица не сходила глупая улыбка. Вот только стоило добраться до знакомого коридора и сделать несколько шагов к кабинету прокурора, как всю радость будто выкачало.

Спиной к двери, преграждая вход, стоял со сложенными на мощной груди руками Барс. Пейдж едва успела притормозить за десяток футов^[48] до него, чтобы не оказаться в поле зрения, и опасливо прислонилась к стене, скрывшись за ближайшим гипсовым бюстом королевы Виктории на подставке. Со свистом выдохнула, приводя в порядок разбегающиеся, подобно жукам, мысли, и заставила себя прислушаться.