Книга Господин прокурор, страница 199 – Катерина Траум

Было дико странно и непривычно, когда судья Фелпс ударом молотка вызвал ее к свидетельской трибуне по правую руку от него. Она старалась выглядеть уверенно, но от одного беглого взгляда на хмурящихся ублюдков на скамье подсудимых неизбежно испытала отголоски того самого тошнотворно-леденящего ужаса и испуганно вздрогнула, прежде чем усесться на стул. Казалось, по телу снова шарили их грубые лапы.

— Для допроса свидетеля слово предоставляется обвинению, – сухо обозначил Фелпс.

Киллиан вышел из-за стола, с силой опираясь на трость: он не так давно начал давать прежнюю нагрузку ногам, и пока еще это давалось тяжело. Зато благодаря его хромоте и шрамам присяжные сразу понимали, каковы были последствия взрыва и что это не только кончина дона мафии и многочисленные ранения полисменов. Сочувственно вздохнув, Киллиан ровным тоном заговорил с присяжными:

— Я думаю, о многом вы сами можете сделать выводы, господа. Представьте себе эту хрупкую девушку, на которую совершили нападение мужланы вдвое выше ее ростом. Мисс Эванс, вы можете не бояться – говорите все в точности как было.

Ей не пришлось играть беспокойство и страх – она и без того побледнела, когда заметила, с какой откровенной злобой смотрел на нее Барс.

— Я… приехала к ресторану передать срочные новости по делу для мистера Лэйка, – глухо начала она. – И тут меня схватил мистер Мерсер, он угрожал мне пистолетом.

— Вот этим самым пистолетом, верно? – Киллиан подхватил со стола с вещдоками знакомое ей оружие за рукоятку и продемонстрировал присяжным. – «Вэбли-МК-6», изъятый у мистера Мерсера при аресте.

— Верно. – Пейдж нервно сглотнула: не лучшие воспоминания. – Он утащил меня в проулок под арку. Там уже ждали Генри Гилмор и мистер Хаттинген, они называли его Профессор. Ему тоже угрожали и заставляли делать, что они велят, иначе пострадает его дочь.

— Суд непременно учтет факт принуждения, из-за которого мистер Хаттинген был вынужден изготовить бомбу. – Киллиан кивнул адвокату несчастного, который проводил свою линию защиты отдельно от других, и у него явно было больше всего шансов не допустить повешения клиента. – О чем еще говорили напавшие?

— Они упомянули Эдварда Верджина, – твердо заявила Пейдж, потому как, к великому сожалению, только ее свидетельство доказывало, что тот не сам упал под поезд. – Мерсер сказал, что было легко скинуть того адвокатишку на рельсы.

— Протестую, ваша честь! – вскинулся барристер, нанятый Джерри Лайлендом. – Свидетель позволяет себе домыслы, потому как имени мистера Верджина названо не было!

— Протест принимается, – будто нехотя стукнул молотком судья Фелпс. – Мисс Эванс, только факты.

— Простите, ваша честь, – смиренно затрепетала ресницами Пейдж, нисколько на самом деле не смутившись, – что она обязательно должна назвать имя Верджина, у них с Киллианом было оговорено заранее.

— Что ж, мы не можем утверждать прямо, а подсудимые упорно все отрицают, – продолжил он, однако как будто между делом отметил: – И все же накануне лишь один адвокат в Энфорте так неудачно поскользнулся на вокзале. В документах у Эдварда Верджина значились как бумаги относящиеся к личным поручениям мистера Лайленда, так и записи по сотрудничеству с Лео Соланесом, – думаю, за два дня заседания все тут присутствующие успели понять, что организации это конкурирующие и не терпящие предательств. Продолжим…