Книга Несравненный. Том 1, страница 127 – Мэн Сиши

— Не притворяйтесь. Одно то, что вы порывались уклониться от удара, явственно говорит о том, что боевыми искусствами вы владеете, к тому же весьма неплохо.

— Когда нарочно хотят подвести под суд, за обвинениями дело не станет! – горько усмехнулся Су Син. – Мне надоело слушать, как вы всячески пытаетесь меня оболгать, засим откланиваюсь!

Он возмущенно взмахнул рукавом и собрался было уйти, но тут быстрее молнии мелькнула Цяо Сянь, и в следующий миг прямо в спину ему смотрел обнаженный меч, напоенный силой столь мощной и кровожадной, что могла бы сразить, пожалуй, и тысячную рать.

Этот удар был куда страшнее предыдущего, призванного лишь испытать Су Сина. Прикидываться несведущим он больше не мог, и оставалось ему только одно – уклониться от разящего клинка.

Теперь ни у кого не осталось ни малейших сомнений в том, что перед ними действительно мастер боевых искусств!

Раскрыв свою тайну, Су Син больше не мешкал. Он потянулся к поясу, и в его руке возник мерцающий клинок, тут же наполнившийся истинной ци. Круто развернувшись, боец бросился на Цяо Сянь, но на полпути внезапно изменил направление, схватив стоявшего рядом Лу Ти. Гибкий меч обернулся вокруг шеи старика. Тот оказался в заложниках.

— Не подходите, или я убью его! – крикнул Су Син.

Цуй Буцюй покачал головой:

— И чего ты хотел этим добиться? Чертог Явленных Мечей в моем лице не остановится ни перед чем, дабы раскрыть дело!

«Второй господин, – мысленно взмолился Пэй Цзинчжэ, – этот человек слишком много себе позволяет! Заполучил в руки куриное перо, а ведет себя так, будто это жезл военачальника! Все ради того, чтобы возвести напраслину на чертог Явленных Мечей, а вы его еще и о помощи просите! Неужто у нас и без того врагов мало?»

Однако вслух он так ничего и не произнес, словно и вовсе потерял дар речи.

Оказавшись в заложниках, Лу Ти совсем не испугался, что жизнь его повисла на волоске. На лице его читался вовсе не страх, а скорее потрясение или даже гнев: старик поверить не мог в то, что происходит.

— Третий господин, ну-ка отпусти дядюшку! – в слезах закричала Ли-ши.

— Поганец! Разве мы с тетушкой тебя хоть в чем-то обделяли? Зачем ты убил молодую госпожу?! – Лу Ти била дрожь, однако он продолжал возмущаться. Лезвие все туже обвивалось вокруг его шеи, пока наконец не впилось в кожу. Кровь потекла вниз тонкой струйкой. От такого зрелища глаза Ли-ши тотчас закатились, и она осела на пол без чувств.

— Прошу меня извинить, но даже обходись вы со мной во стократ лучше, я бы все равно не забыл родные места и семью, – ответил молодой человек. – Мне никогда не стать настоящим Су Сином!

Теперь даже Цуй Буцюй не смог сдержать удивления, что и говорить об остальных собравшихся.

— И кто же ты тогда таков? – спросил Пэй Цзинчжэ.

Молодой человек не ответил.

— Даже если ты ненастоящий Су Син, все равно! – продолжал негодовать Лу Ти. – Ты столько лет прожил в нашей семье! У меня нет сыновей, и ты мне был как родной, а молодая госпожа так и вовсе в тебе души не чаяла: даже думать не желала об ином супруге! С этим семейством Ван из Тайюаня на меня наваждение какое-то нашло, это я затеял разговор о свадьбе, дочь-то моя тут чем виновата? Затаил в сердце злобу – так и шел бы ко мне, зачем же барышню губить?! Бессовестный, бессовестный!