Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 102 – Мэн Сиши

Юйвэнь Сун, стоя в сторонке, тем временем изучал будущего старшего брата по учению: ему было любопытно, каков он из себя, но вскоре он почувствовал небольшое разочарование – тот явно был старше, но вел себя как малое дитя. Если он настолько привязан к учителю – как научится самостоятельности?

Мальчик уже забыл, как сам после бегства из Чанъаня был столь напуган, что по ночам не мог уснуть без присутствия учителя.

Но взрослым покамест было не до детских переживаний.

— Монах Шэнь, – обратилась к даосу Чжао Чиин, – вы пришли вовремя. Школа Лазоревых Облаков ныне пребывает в упадке: нам надобно как можно скорее набрать новых адептов, и мы с братом по учению весьма озабочены сим делом. Не могли бы вы, монах Шэнь, помочь нам советом?

— Глава, – мягко заметил Юэ Куньчи, – монах Шэнь только с дороги, он наверняка утомился в пути. Быть может, дать ему сперва отдохнуть, а потом отягощать нашими невзгодами?

Чжао Чиин немного смутилась от его увещевания:

— Шисюн, ты прав, я тревожусь – вот и забыла о гостеприимстве. Юаньбай, проводи гостей в комнаты. Монах Шэнь, вы остановитесь там же, где и в прошлый раз?

— Было бы прекрасно, – кивнул Шэнь Цяо. – Затрудню вас, глава Чжао, еще одной просьбой: нельзя ли поселить Седьмого господина по соседству с Ши У? Так они быстрее подружатся.

— Хорошо, – согласилась Чжао Чиин. – С восточной стороны у нас стоит бамбуковый дом, предназначенный для особо уважаемых гостей. Если вы, глава Янь, не погнушаетесь столь скромным ночлегом, то мы готовы устроить вас в нем.

Для школы Лазоревых Облаков Шэнь Цяо стал своим, поэтому в прошлый раз его разместили в покоях, где жили старейшины, но селить в них чужака, к тому же из неправедной школы, было недопустимо.

— Не беспокойтесь обо мне, – вдруг сказал Янь Уши. – Я могу жить с А-Цяо.

— Да? – в замешательстве переспросила Чжао Чиин. – Но разве это не обременительно?

— Что же тут обременительного? – приподнял брови Янь Уши. – На чужбине мы часто делили приют – сей почтеннейший уже и не припомнит, сколько раз мы ночевали под одной крышей.

Опасаясь, что того могут превратно понять, Шэнь Цяо поспешил вмешаться:

— Вдали от дома отовсюду грозят опасности, потому и приходится пренебрегать и удобством, и приличиями. Сейчас же, глава Янь, вас хотят разместить со всем возможным уютом. Не стоит отказываться от доброты главы Чжао.

— Ничего страшного, – ответил Янь Уши. – Нас с А-Цяо связывает давняя дружба, и раз уж его так привечают в школе Лазоревых Облаков, то и я для вас не посторонний. Не нужно слишком уж усердствовать. Наверняка по соседству с А-Цяо найдется свободная комната?

Он не переставал улыбаться, но Чжао Чиин явственно ощутила пугающий напор в речах главы Яня, словно тяжкий груз давил на нее извне, а от взгляда гостя ее оторопь брала. Она даже обдумать ничего не успела, как с языка сорвалось:

— Конечно, найдется…

— Вот и славно, – усмехнулся Янь Уши. Улыбка его неуловимо изменилась, и Чжао Чиин тут же почувствовала, что давление прекратилось.

Вздохнув про себя с облегчением, она подозвала Фань Юаньбая и велела проводить гостей.

Все разошлись, в главном зале остались лишь брат и сестра по учению. Юэ Куньчи приободрился – у него точно гора с плеч свалилась:

— Раз глава Янь захотел поселиться рядом с монахом Шэнем, пусть поступает как знает. Монах Шэнь, как мы видели, не возражал, а это все равно что дать молчаливое согласие. Я собирался было посоветовать тебе не перечить главе Яню, но отчего-то не мог вымолвить ни слова.