Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 345 – Мэн Сиши

Шэнь Цяо едва заметно улыбнулся:

— Ты человек проницательный, и кое-какие способности у тебя все же есть. Но их недостаточно ни для горы Сюаньду, ни для школы Чистой Луны.

Инь Чуань с разочарованием понял: то был вежливый отказ. Но ему и так посчастливилось повстречать одного из сильнейших мастеров, который, к тому же, пришел ему на помощь, так что юноша не допустил и мысли о недовольстве.

— Понимаю, – почтительно ответил он.

— Я не договорил, – улыбнулся Шэнь Цяо. – Мы с главой Янем не возьмем тебя в ученики, однако кроме нас есть еще один человек, весьма подходящий тебе в наставники.

Увидев проблеск надежды, Инь Чуань приободрился.

— Это Чжань Цзыцянь из академии Великой Реки, – продолжал Шэнь Цяо. – Мастерство его чуть выше среднего, зато он прославленный каллиграф и живописец. Однако я могу лишь отвести тебя к нему, а принять тебя в ученики или нет – это ему решать.

Инь Чуань не верил собственному счастью:

— Мастер Чжань – превосходный художник, искусством равный небожителям, всей Поднебесной известно его имя! Я готов пережить хоть сотню смертей, лишь бы поклониться ему как учителю!

Янь Уши, впрочем, как будто остался недоволен:

— Надо тебе тащить эту обузу с собой на Центральную равнину?

Шэнь Цяо улыбнулся:

— Сие не составит мне никакого труда: раз могу помочь, то почему бы и нет? Самое большее, я провожу его к Чжань Цзыцяню, а потом сразу вернусь с вами в школу Чистой Луны. Что скажете?

— О-о? Разве Бай Жун не звала тебя на Весеннее пиршество? – с нарочитым недоумением спросил Янь Уши. – Ты не пойдешь?

Шэнь Цяо покачал головой:

— Я не хочу ее видеть. Школа Обоюдной Радости слишком сблизилась с Ян Гуаном и глубоко увязла в его делах. Ну а дальше посмотрим.

— Легче горы сдвинуть, чем человеческую сущность переменить, – усмехнулся Янь Уши. – Обоюдная Радость всегда была такова, не поддавайся приступам мягкосердечия!

— Эх вы! – только и вздохнул Шэнь Цяо.

Так, ведя беседу, они уходили все дальше и дальше. Казалось, они никуда не спешат, но вместе с тем шаги их были столь же стремительны, как плывущие облака или быстрый ручей. Инь Чуань запыхался и начал было отставать, но тут заметил, что Шэнь Цяо остановился и с улыбкой дожидается его.

Юноша вспомнил, что совсем скоро встретится с тем, перед кем преклонялся всю свою жизнь, и силы вернулись к нему. Он ускорил шаг, нагоняя провожатых. Теперь он знал: всегда есть место надежде.

Холодный ветер пробирал до костей.

Раздался свист – это стрела пролетела прямо у него над ухом!

Легкие Жэнь Ина горели огнем, каждый вдох ножом разрезал грудь изнутри. Но он знал, что должен бежать. Если остановится – умрет!

С раннего детства он вкалывал на черной работе, у него не было ровным счетом ничего – ничего, кроме быстрых ног.

Но погоня настигала его: толпа размахивала факелами, доносились крики. Жэнь Ин не ел уже целый день и целую ночь и держался лишь на одной силе воли. Миновав рощицу, он пробежал по склону холма – стоит ему замешкаться, как его поймают и изобьют до смерти. А ведь он потому и украл увесистый сверток с цзяньбинами, что совсем изголодался, – как же аромат щекотал сейчас его ноздри! Жэнь Ин решил: если его догонят, он или постарается спрятать сверток, или выбросит его подальше, лишь бы не достался преследователям.