Книга Тысячи Осеней. Том 2, страница 39 – Мэн Сиши

Он большим пальцем стер хрустальные бисеринки пота со лба Шэнь Цяо и тихо усмехнулся:

— Сей почтеннейший надеется, что однажды ты исполнишь свое обещание и станешь достойным противником. Возможно, тогда сей почтеннейший задержит свой взгляд на тебе подольше.

Тем временем Шэнь Цяо изо всех сил пытался открыть свои жизненные точки, но увы – Янь Уши запечатал их каким-то хитрым способом, и сколько Шэнь Цяо ни пытался, терпел неудачу за неудачей. Даос тяжело дышал, лицо раскраснелось, но со стороны могло показаться, что он смущен и рассержен словами Янь Уши.

Наконец тот отвернулся. Увидев, что он собирается уходить, Шэнь Цяо пришел в такое волнение, что даже голос его изменился:

— Стойте!

Янь Уши и в самом деле остановился – но лишь для того, чтобы запечатать еще одну жизненную точку – точку немоты.

Грудь Шэнь Цяо часто вздымалась и опускалась, а из блестящих глаз, подернутых прозрачной пеленой влаги, чуть ли не бежали слезы. Янь Уши посмотрел на него в изумлении, фыркнул со смеху, наклонился и шепнул на ухо:

— Не стоит глядеть на людей такими глазами. Тут не то что Сан Цзинсин – даже я могу не сдержаться.

Выпрямившись, он одним ударом придвинул статую Будды вплотную к стене, скрыв убежище Шэнь Цяо от чужих глаз. Обнаружить его теперь было бы не так-то просто. Затем он затушил костер и взмахнул рукавом – на то место, где только что сидел Шэнь Цяо, сверху обрушились обломки и всякий мусор, не оставляя и следа его пребывания.

Как только Янь Уши покончил со всеми предосторожностями, его вдруг охватило предчувствие, присущее каждому, кто достиг определенных высот в боевых искусствах: какая-то смертельная опасность мчалась прямо к нему. Едва заметно усмехнувшись, он широким шагом вышел из храма и стрелой метнулся вперед, в мгновение ока растворившись в ночи.

Сквозь разрушенные стены и прохудившуюся крышу в храм струился лунный свет, проникая и к человеку, спрятанному в статуе Будды.

Влага наконец переполнила глаза Шэнь Цяо, и слезы покатились у него по щекам.

Спустя какое-то время снаружи до него донеслись голоса.

— Как могло случиться, что старейшина Сан с его мастерством не сумел нагнать такое ничтожество, как Янь Уши?

— Это Янь Уши-то ничтожество? – ответила Бай Жун. В ее голоске слышалась ледяная насмешка. – Братец Сяо, а хватит у тебя смелости повторить это Янь Уши в лицо?

— Замолчите! – рявкнул Янь Шоу, не выдержав их препирательств, и нахмурился. – Янь Уши ушел один, Шэнь Цяо с ним не было. Кто знает, быть может, даос все еще скрывается где-то в окрестностях. Он совсем недавно выдержал бой с нами, силы его иссякли, далеко убежать он не мог. Обыщите все вокруг!

После ухода Янь Уши Шэнь Цяо не оставлял попыток открыть жизненные точки: даос тревожился за главу Яня, зная, что с нынешними силами тот не сможет дать Обоюдной Радости достойный отпор. Если же Янь Уши попадет в руки Сан Цзинсина, то кто знает, какие мучения придется пережить Демоническому Владыке!

Вдруг истинная ци в меридианах Шэнь Цяо потекла так быстро и бурно, точно вознамерилась вырваться из тела. Грудь обожгло изнутри, словно сердце вспыхнуло пламенем, а затем остудило, будто он нырнул в ледяную полынью. Голова шла кругом, все смешалось, он перестал ощущать течение времени, словно очутился во сне наяву.