Онлайн книга «Вернуть отправителю»
|
— Герр Циглер был выписан из лечебницы, Клеменс, — понизив голос ответила девушка, окинув его взглядом, — Это все, что известно мне, и то, что нужно знать вам. Понимаете? — Понимаю, — тихо ответил Клеменс, а спустя секунду добавил, — Это все, что я хотел знать. Спасибо. * * * Каждое утро в лечебнице начиналось с приема лекарств. Клеменс не знал их названий, не разбирался в дозировках, не понимал длительности курса, но покорно принимал таблетки, капсулы, драже и порошки, запивая их несколькими глотками безвкусной воды ежедневно. Какое действие они оказывали на его неокрепший разум, он не представлял, да и не чувствовал разницы. В любом случае, прием медикаментов был необходим, если не хочешь оказаться на минус первом этаже, среди настоящих безумцев — очень суровая, но действенная мера пресечения. Он проглотил красную пилюлю, поморщился и вернул пустой стакан девушке. Каждодневный моцион завершен, можно было выходить в общий зал. Здесь больные занимались своими делами, читали, общались, даже смотрели бесконечные религиозные передачи, от которых Клеменсу сводило скулы. Сколько пациентов находится в лечебнице, Клеменс мог сказать только относительно: мужское отделение включало плюс-минус двадцать человек. Как объяснили доктора, когда Клеменс оказался здесь впервые, за решетчатым забором с южной стороны находится женское отделение, с запада — детское. В центре двора — старый заросший сад. Никаких контактов с больными противоположного пола. Когда такое говорили врачи, пациентам приходилось верить на слово: общие прогулки были строго под запретом, а попытки пробраться на соседнюю территорию карались жестоко и беспромедлительно. Слухов про соседние здания было множество, но фактов было преступно мало. Верить россказням сумасшедших Клеменс не привык, а после и вовсе, махнул на эту тему рукой. Все, что оставалось у него это его палата с голубыми стенами, да письма, скрупулезно и старательно написанные на листе белой бумаги. Все остальное находилось на грани объективной реальности, и переставало существовать. Этим утром в общей комнате было людно. Когда Клеменс вышел из своей палаты в сопровождении медсестры, то успел невольно отметить, что место Морица, прямо возле окна за квадратным журнальным столиком пустует. Конечно, ничего удивительного, после полученного распоряжения, но тем не менее, факт оставался фактом. Клеменс унылым взглядом пробежал по комнате и молча уселся на одинокий стул у стены. До завтрака оставалось не менее получаса, но коротать их в своей палате он не желал. В компании время всегда идет быстрее, а иногда случаются забавные и веселые штуки. В общей комнате было порядка восьми человек. Клеменс выхватил из толпы беспокойного Артура, бесцельно листающего старый журнал о моде, молчаливого и замкнутого Кевина, старательно раскладывающего на столе пасьянс, и мрачного, словно грозовая туча, Вальтера, сидящего у противоположной стены. В отличие от всех остальных, кто находился на принудительном лечении, этих людей Клеменс считал более-менее адекватными и нередко вел с ними затяжные унылые беседы. Остальные же являли собой точную противоположность и являлись яркой иллюстрацией сумасшедшего дома, словно сошедшей со страниц какого-то учебника. |