Книга Искатель, 2012 № 11, страница 107 – Владимир Колабухин, Журнал «Искатель», Татьяна Косова, и др.

Внезапно за окном грянул мощный залп, и черное небо прочертили разноцветные струи фейерверка, ослепительно взорвались, так что я зажмурилась и, открыв глаза, увидела, что они сложились в змея, огненного и гигантского.

Он вознес голову с разверстой, острозубой пастью в Космос, задержался на миг, покачиваясь, будто примериваясь, и стремительно рванулся к земле. Я невольно отшатнулась, захваченная его движением. Клыкастая пасть неслась на город. Но, когда захотелось прикрыть голову руками, змей ослепительно полыхнул, и все исчезло. Вздох, стон, крик взвился над городом.

Великолепное зрелище! Пугающее и завораживающее. Однако за окнами многоголосо кричали от ужаса, а не от восторга. Что же их так напугало?

Я вышла в коридор, присела на лестнице и была вознаграждена.

— Ты ЭТО видел, дорогой? — спросила мамочка, появляясь из своих комнат.

— Да. Я иду туда, — ответил папочка отрывисто, и в этой отрывистости крылось беспокойство.

Папочка хлопнул дверями, а мамочка еще некоторое время стояла, опираясь на перила и кусая губы в тяжелых раздумьях.

— Мариша, — она обратилась ко мне впервые за три дня, — тебе лучше пойти к себе и лечь в постель.

Я вернулась к себе и закрыла двери, предчувствуя, что она права и по возвращении папочка не будет благодушен. И потом, что мешает слышать все из комнаты?

Он вернулся часа через два и привел с собой Чорта. Грохнули створки дверей о стены, знаменуя их появление.

— Что ты себе думал? — кричал папочка. — Ты понимаешь, в какие неприятности ты нас втянул?!

— Мы хотели пошутить, — неуверенно отвечал Чорт.

— П-пошутить?! — кажется, папочка задохнулся от ярости. Да, что-то часто он раздражается в последнее время, наверное, печень пошаливает.

— Эта шутка грозит нам всем казнью, тюрьмой, изгнанием! Ты это понимаешь?!

— Теперь — да.

Не знаю, как папочке, а мне показалось, что Чорт не только не раскаивается, а даже гордится выдумкой, соглашаясь из вежливости.

— Нет! Ты не понимаешь! — Папочка, видимо, пришел к тем же самым выводам. Я бы на месте Чорта проявляла больше осторожности и не делала резких движений. Сгоряча папочка мог и прибить, — и такие случаи в нашей семье бывали. — Сядь, я хочу, чтобы ты меня внимательно слушал.

Легко вообразить эту картину: Чорт сидит в кресле и не знает, куда девать глаза, а папочка нависает над ним, подобный Злому Року, и отчитывает, скрестив руки на груди.

— После похищения Предсказания о Князе Тьмы город лихорадит. Все тычут пальцами в наши особняки и ждут какого-нибудь знака, намека, чтобы расправиться с нами. И что же? Молодой Чорен преподносит такой подарок. Змей в небе — Его символ. Шутка? Или призыв? Теперь они в этом знаке увидят что угодно им. И завтра меня обвинят в заговоре, а послезавтра это стадо испуганных баранов бросит в окна камни, ворвется сюда, ограбит сейф, убьет тебя, изнасилует твою сестру.

— Но, отец, это же не...

— Ма-алчать! Спать! С глаз долой! Вон!

Повторять Чорту не нужно: быстрее резвой лани, легче тени выскользнул он из кресла и заперся в своей комнате.

Неожиданный поворот. Надеюсь, папочка преувеличивает серьезность ситуации в воспитательных целях и события с улиц не захлестнут тихую гавань нашего дома. Но я знаю так мало, совсем отстала от жизни. И с познавательными целями я поцарапалась в комнату брата.