Книга Прости, Мария, страница 142 – Аманта Сантос

— Тиэко, девочка...

— Она не слышит, она в глубокой коме, — сестра говорила шепотом.

— Я все знаю. Я прощаю тебя, девочка и сама прошу у тебя прощения за дона Густаво, за то, что не пришла к тебе сразу. Но ты обязательно поправишься, мы все очень этого ждем. И я, и Изабелла, и дон Густаво, твой дедушка. Он не со зла обидел тебя, девочка. Он старый человек, а твоя мать причинила ему страшную боль. И ему показалось, что ты — это она. Но ты совсем другая, ты нежная, добрая и доверчивая. Я знаю, как ты старалась спасти мою Лули, как из-за Алехандро не побоялась полиции. Ты очень мужественная. Так не сдавайся, не умирай. Ты больше никогда не будешь одна, у тебя будем все мы... И твой дедушка очень хочет, чтобы ты простила его. Он очень виноват перед тобой, но очень раскаивается. У него ведь тоже нет кроме тебя ни детей, ни внуков. Никого. Ты нужна ему, Тиэко. И ты нужна Алехандро. Он любит тебя, малышка, по-настоящему любит. Не лишай себя всего этого, не умирай.

Марии казалось, что в теле девушки осталась всего лишь одна маленькая искорка жизни, и ей надо найти эту искорку, пробиться к ней сквозь смертельный холод, не дать ей погаснуть. Неужели поздно, неужели никто и ничто уже не сможет помочь? Нет, надо попытаться! И Мария повторяла то, что так надеялась услышать Эвелин. «Я простила тебя, девочка. Только живи».

Теперь Мария приходила к ней каждый день. Она садилась на стул у кровати и тихонько рассказывала девушке о своей жизни. Почему-то Марии казалось, что Тиэко слушает ее. Во всяком случае, она уже не чувствовала, что смерть здесь, рядом, когда входила в палату к девушке. И почему-то Мария была уверена, что Тиэко не умрет, не дослушав ее рассказа. Поэтому она как бы снова переживала всю свою жизнь и не скрывала ни ошибок, ни сомнений. Все было... Шли дни. Близился суд. Никто из близких Марии не подозревал об этом. Она как всегда все взяла на себя.

А Эвелин уже не умирала. Более того, в ее состоянии наметились какие-то прогрессивные сдвиги. Конечно, до полного выздоровления было еще далеко, но... Медики называли это чудом. Одновременно с Тиэко-Эвелин на поправку пошел и Алехандро.

Как бы ни было тяжело Марии, она все же продолжала заботиться о своих близких. Однажды она случайно услышала разговор Романа и Чучо.

— Папа, как плохо жить без мамы, — заявил Чучо.

— Да, сынок, мне тоже очень-очень плохо без мамы, — печально ответил ему Роман.

— А она больше никогда-никогда не придет?

— Нет, малыш, мама не придет.

Мария вошла в комнату. Роман держал Чучо на коленях и гладил по голове.

— Я хочу поговорить с тобой, Роман.

— О чем?

— Извини, но я услышала ваш разговор. Я подумала, что тебе, наверное, очень тяжело находиться здесь, где все напоминает о счастливых временах. Может быть, вам с Чучо стоит отправиться в какое-нибудь путешествие.

— Спасибо, Мария, за твою заботу о нас, но тебе нужна моя помощь, я не могу тебя сейчас оставить.

— Нет-нет, спасибо, Роман. Со мной останется Хосе Игнасио. А вам с Чучо больше нужен сейчас отдых.

— Спасибо, Мария. Но обещай мне, что, если тебе понадобится моя помощь, ты сразу же дашь мне знать. Хорошо?

— Обязательно, Роман.

— Папа, мы поедем далеко? — осведомился Чучо.

— Да, сынок, далеко. Через несколько дней они уехали.