Книга Когда-нибудь мы просто будем, страница 48 – Ne Ta

Следом за букетом появился и Арсений с улыбкой на лице, но не в глазах. Эмма решила немного подразнить его и открыла на экране лист с названием «Перечень документов к договору с компанией ***, Италия». Далее стояла лишь единица, знаменуя начало работы. А затем весь пакет должен был направляться в службу заказчика, на завод для оценки всех составляющих и контроля стоимости материалов. Вито уже знал, что всё это согласовано и перепроверено, оставалось только передать оригиналы. Но Арсений-то этого не знал, на что и рассчитывала Эмма, предлагая ему вкусную наживку.

— Привет, красавица, — нежно поздоровался он, подходя к столу секретаря. — С окончанием рабочей недели и с началом выходных. Может, выделишь мне хотя бы часик своего драгоценного времени в субботу или воскресенье, или сегодня даже. Сходили бы в кафе, например.

Ей сразу вспомнилось то заведение, где она видела его с журналисткой. Едкие слова чуть не сорвались с языка, но в последнюю секунду смогла удержать себя от этого.

— Здравствуй, Арсений, — ровно ответила Эмма и еле заметно кивнула. — Не знаю, чем вызван повышенный интерес к моей скромной персоне, но напомню, что не давала никаких авансов на дальнейшее, более глубокое знакомство.

Мужчина стоял уже рядом, намереваясь заступить за спинку стула, чтобы ему был виден экран.

— Так за чем же дело стало? Выдай мне этих авансов большое множество, — вкрадчиво предложил Арсений, и хитрая улыбка наконец-то коснулась и его глаз. — Буду рад бесконечно.

— Да ну? — с долей сомнения в голосе ответила она, заметив его пристальный взгляд на экран, а потом и на папку с проектом договора. — Не стоит тратить своё и моё время на пустые разговоры. У меня все выходные дни и вечера заняты.

— А ночи? Или утра? — спросил он, приподняв бровь.

— Вы забываетесь! — Эмма перешла на официальный, немного повышенный тон и отвернулась от гостя. — Я не приму цветов. До свидания.

— Да я же пошутил! Что такого я сказал?

Она промолчала в ответ. Сидела, спокойно сложив руки на столе. Стало ясно, что разговор закончен.

— Прости, пожалуйста. Я неудачно пошутил. Но всё же не теряю надежды на продолжение нашего... общения. Цветы я оставлю зде...

— Нет. Подойдут для кого-нибудь другого. Не пропадать же букету.

Её голос звучал с едва уловимой усмешкой, Эмма при этом не повернула к нему головы.

— Нет уж. Если не возьмёшь, тогда выкину.

Она пожала плечами, демонстрируя полное равнодушие и безразличие к его словам. Через несколько секунд дверь хлопнула, наступила тишина. Эмма оглянулась: букета не было.

— Вот то-то же, а то нашёлся тут петух гамбургский. Напугать меня хотел? Да не нужны мне твои цветочки. Плохо сыграл заинтересованного мужчину. Даже я, очкастая и неприметная черепаха, не поверила.

Она улыбнулась, вспомнив знаменитую и легендарную фразу Станиславского для плохих актёров, лишь изображающих, а не вживающихся в роль:

«Не верю!»

Покидая офис одной из последних, увидела в урне рядом со ступеньками тот самый букет хризантем. Усмехнувшись, прошла мимо и направилась на тренировку. А Вито, возвращаясь с пятничного обхода объектов, на которые его организация поставляла материалы, застал Деда, задумчиво разглядывавшего красивые цветы, горделиво державшие свои головки.

— Что это у нас тут произошло? — спросил Миллер, присоединяясь к созерцанию необычной композиции. — Кто-то отверг ухаживания? Или, того хуже, предложение руки и сердца? Что молчишь? Не углядел?