Книга Возлюбленный враг ("Тени Алых парусов"), страница 79 – Регина Грез

Он улыбнулся мне и приветливо кивнул. Я огляделась по сторонам, никто по-прежнему не обращал на меня внимания, в таком случае, сяду на диван к летчику и немного поговорим о погоде. Гюнтер мне сейчас казался самым безобидным из всей стаи во главе с Вальтером. Штольц и сам «подранок», вряд ли будет нападать всерьез. Напротив, принялся рассыпать любезности.

— Я ждал вашего появления весь вечер! Но вы сегодня снова грустны, что-то случилось? Вероятно, вас огорчили последние новости, весь мир только об этом говорит, я вас понимаю, Ася, вам нелегко.

— Пожалуйста, сменим тему… Когда вы уезжаете из города?

Гюнтер неопределенно хмыкнул и отвел глаза, а потом продолжил шепотом, наклонившись чуть ближе:

— Это будет целиком зависеть от вас, дорогая Ася. Одно ваше слово и я заберу вас на Рюген. В этом доме вам не место, я сразу угадал - вы необыкновенная девушка чистых, благородных кровей, вас не могут здесь оценить… вашу тонкую музыкальную натуру, гордый нрав и непокорную русскую душу. Я бы относился к вам с должным уважением… я бы вас обожал.

— Так же, как вы относитесь к невесте? - вежливо спросила я. - А если вот прямо сейчас в Гернсбахе какой-то танкист на отдыхе после ранения подкатывает к вашей девушке, обещая увезти ее в Альпы?

Гюнтер задумчиво покачал головой, не стирая с худого лица интеллигентную улыбочку.

— Вы - жестокая, Ася. Вероятно, вам больше нравятся генеральские погоны или все дело в мальчике, к которому вы уже привязались. Ах, да есть же еще «вторая нянька» - юнец, которого возмутила сама мысль, что можно затеять дуэль из-за русской дамы. Как бы вам не ошибиться, фройляйн, вы можете поставить не на ту карту и горько пожалеть после.

— Позвольте дать вам маленький совет, - вкрадчиво продолжил Штольц, наклонившись вплотную к моему уху, - будьте осторожны, не играйте с огнем! Ожоги бывают очень болезненны и долго заживают, я знаю это по себе. Вы слишком отличаетесь от других женщин в здешнем обществе. Вы слишком заметны, хотя стараетесь забиться в уголок и никому не показываться на глаза. Настоящее золото блестит даже в грязи.

— Я не собираюсь становится частью этого общества! Я всего лишь няня, прислуга, я выполняю свои обязанности, чтобы хоть как-то жить и, кажется, мне нечего стыдится.

Гюнтер вздохнул и посмотрел на меня уже с нескрываемым сочувствием:

— Боюсь, вы сильно заблуждаетесь относительно своей роли в игре и своего места в этом доме. Но уверен, что в скором времени вам прояснят ситуацию. Вам может не понравиться. И потому я снова предлагаю уехать со мной. Вальтеру ничего не нужно знать о нашем разговоре, хотя он не сможет помешать. У меня есть хорошие знакомые в руководстве Люфтваффе, они терпеть не могут «тыловых крыс» вроде фон Гросса, нас прикроют. Мне требуется только ваше согласие, решайтесь, Ася!

Я смотрела на него с изумлением, а потом с трудом подавила улыбку и спросила:

— Вы читали «Войну и мир», да? Вам, верно, понравилась сцена, где Наташа Ростова едва не убежала с Анатолем? Я и не предполагала, что вы такой знаток русской классики, Гюнтер. Великолепно! Да вы просто романтик, вашей невесте сказочно повезло!

Договорить нам не дали, потому что с другого конца комнаты раздался повелительный возглас Вальтера:

— Госпожа Воронцова! О моя дорогая княжна! Я весь вечер ожидаю вашего появления, а вы оказывается, уже полчаса как беседуете с нашей доблестной авиацией. Прискорбно. Прискорбно. Мне казалось, вам больше нравятся моряки. Впрочем, вы любите витать в облаках… разные легенды и песенки… Одна вы не удосужились поздравить меня с таким знаменательным днем. Ведь сегодня поистине необыкновенный день, милая Ася! Вы согласны?