Книга Баллада о павших драконах, страница 99 – Сара А. Паркер

Он хлопает крыльями как раз вовремя, чтобы вырвать Лири из воздуха, хотя ее ответный визг звучит скорее как недовольство. Ее крылья складываются, как у пойманного совмота, пока Райган мощными взмахами поднимается из расщелины, сотрясая деревню и сдувая снег с деревьев. Только когда он приближается к вершинам, он ослабляет хватку.

Лири падает на миг, затем взмахивает крыльями и ловит поток, удерживаясь. Она оглядывается на Райгана, а затем, сложив тело, ныряет — идеально обтекаемая. Как шелковое копье, пущенное в меня.

Снова.

Я стону, выбрасывая руки вперед. — Серьезно?!

Райган с шумом выдыхает дым, а затем падает гораздо быстрее ее маленького тела, подрезая ее. Перекрывает мне обзор — хотя я слышу ее «хонк».

Рык.

Ворчание.

Наконец она попадает в поле зрения, взмывая к облакам в дерганых движениях, которые заставляют меня представить кого-то, кто топает от злости. Райган загоняет ее глубокими, дугообразными маневрами, уговаривая двигаться к норам; каждый взмах его крыльев — как мощный барабанный бой. А она продолжает нырять и пикировать, словно выискивая слабые места в его защите.

Или просто спорит с ним.

Он щелкает зубами у нее за хвостом. Она огрызается, выпуская струю синего пламени ему в лицо, хотя та испаряется, не успев коснуться цели.

Едва-едва.

Он рычит с яростью двух сталкивающихся миров — звук, который вибрирует в воздухе и сотрясает землю подо мной.

Даже Клод, кажется, ежится.

Лири не дрожит, но бросает ему укоризненный «хонк», который тянется и тянется, прежде чем она ныряет в нору — и исчезает.

Сердце продолжает колотиться, как барабан, пока Райган патрулирует небо глубокими, широкими дугами, отбрасывая могучую тень на деревню, которая уже не спит… Тропинки забиты людьми по щиколотку в снегу. Натянув плащи на плечи, они смотрят вверх на суматоху осоловелыми от сна глазами, многие глядят на меня, тычут пальцем, переговариваются.

Или, может, они тычут на сломанный мост?

Я поднимаюсь, отряхивая снег и обломки с плаща, и осматриваю тот самый мост, на котором стояла до атаки Лири. Теперь он — лишь зазубренные куски, разбросанные по реке, большей частью утонувшие в ее бурлящем могуществе. Словно она приготовила свое самое разрушительное пламя и бросила его целенаправленно.

В меня.

Неприятная тяжесть сжимает грудь, заставляя чувствовать себя нервной.

Беспокойной.

Может, я и завоевала доверие Лири в Ботайме — достаточно, чтобы она была рада мне, когда была наиболее уязвима, — но, похоже, теперь она предпочла бы стереть меня с лица земли. А это значит, что я абсолютно, на сто процентов, облажалась.

Постоянная снежная круговерть забивает воздух, пока я тороплюсь по крутой горной тропе мимо бесчисленных нор, похожих на раззявленные глотки в небытие — большинство из них оглашается гулким эхом спящего Молтенмау. Я чувствую их взгляды каждый раз, когда вылетаю на очередной уступ, бросаясь к следующему пролету лестницы, зигзагами уходящей вверх по скале.

Возможно, учитывая едкую вонь мертвечины, доносящуюся из нор, мне стоило бы беспокоиться о том, что какой-нибудь молодой дракон порвет меня в клочья… тем более что большинство из них недавно оперились, еще учатся добывать пропитание и только открывают для себя охотничий азарт. Но Молтенмау обычно не покидают свои гнезда или норы во время Сна.