Книга Видок 1-5, страница 423 – Григорий Шаргородский

— Он погиб? — нахмурился волхв.

— Слава богу, нет, — ответил я и тут же напрягся, осознав, кому это говорю.

В ответ последовал ироничный взгляд языческого жреца с подозрительно широкими взглядами на жизнь.

— В общем, был у меня за спиной оборотень, а теперь нет, — продолжил я. — Это все заставляет чувствовать себя крайне неуютно. У меня достаточно средств, чтобы хорошо вооружиться, но этого мало. Дело в том, что полгода назад я видел, как граф Скоцци развоплотил свободного энергента чем-то из ведьмачьего арсенала, при этом не имея ни тени Таланта.

Старец понял намек и остановил меня жестом руки.

— Да, я сам вживлял рунные камни в плоть графа по просьбе ее императорского величества вдовствующей императрицы. Но это болезненный процесс, как и использование подобного оружия.

Было видно, что он хочет меня припугнуть.

Ох, дядя, не того ты пугаешь:

— Когда какой-то упырь или оборотень станет выдирать из меня внутренности, уверен, будет больнее.

Мрачноватая шутка понравилась волхву, и он улыбнулся в бороду:

— Хорошо, давайте посмотрим, что мы можем сделать. Раздевайтесь, — сказал старец и, покосившись на Дашу, добавил: — Вы не возражаете, ваше императорское высочество?

В ответ Даша лишь фыркнула как кошка.

Раздевшись до пояса, я по приглашению волхва присел на вращающийся стульчик у длинного стола с какими-то инструментами. Старец устроился рядом на таком же стуле и, поворачивая меня, принялся рассматривать мои татуировки сквозь очки модного фасона.

— Ну что же, молодой человек, — изрек он, закончив осмотр. — В отличие от графа у вас есть слабая искра Таланта, на которую и была завязана рунная цепь видока. Если не ошибаюсь, работал Сила Варфоломеевич Дубин?

В ответ я кивнул. К счастью, это имя мне было известно. Так звали преподавателя по ритуалистике в школе видоков. Но о том, что татуировки Игнаше делал именно этот человек, в записях моего предшественника не было ни слова. Так что соглашался я с некоторой опаской.

— Хорошая работа, но чуток небрежная. Впрочем, этот недостаток свойственен почти всем новгородцам. Слишком уж вы уверовали в свою исключительность.

— Вот-вот, — поддакнула Дарья, которой явно надоело сидеть молча. — Вы даже не представляете, как с ним бывает трудно.

В ответ волхв благоразумно промолчал, лишь в его карих глазах засверкали смешинки.

Вот что значит житейская мудрость! Мне бы научиться пониманию момента, когда нужно просто заткнуться и изображать из себя умника.

— Увы, — продолжил консультацию волхв, — в этой вязи намеренно обойдены божественные знаки, и вживить вам руны Перуна я не смогу. Даже руна Ярилы, что сейчас обороняет графа, у вас будет слишком слабой.

— Значит, вы не сможете мне помочь? — разочарованно спросил я.

— Почему же? — опять усмехнулся волхв. — Я могу вплести в уже имеющиеся у вас рунные цепи крылья Семаргла. Это даст вам скорость, что будет очень кстати, когда вы вновь окажетесь лицом к лицу с упырями. Только я не знаю, насколько хватит вашей искры. Сразу скажу, на многое рассчитывать не стоит. И есть еще одна сложность. Вам придется участвовать в том, что поклонники Единого называют языческим ритуалом.

С этими словами волхв покосился на мой нательный крест, доставшийся мне еще от Игнаши.

После переселения души я, конечно, уверовал в высшую силу, но особой набожности в конфессиональном смысле это мне не добавило. К тому же никто так и не опроверг моих прежних подозрений о том, что за всеми религиями мира стоит одна и та же сила.