Книга Видок 1-5, страница 707 – Григорий Шаргородский

Я лишь развел руками, сам понимая, что здесь все ой как непросто. К тому же данный вопрос уже не раз мелькал в моей голове. Пусть все эти покушения и портили мне жизнь, но все равно как-то жидковато для целой императрицы.

— Меня просили не распространяться об этом, но вижу, что придется, — чуть подумав, продолжил князь. — Когда ты взбаламутил все императорское семейство, между венценосными супругами начались жаркие споры, в том числе касаемо тебя. В итоге сошлись на том, что император отправит тебя в отставку и, цитирую: «загонит обратно под корягу в вонючем болоте». Это она о твоем любимом Топинске, если не понял. В ответ ее величество не станет предпринимать попыток твоего умерщвления.

— Что-то не похоже…

— Помолчи, — со вздохом прервал меня Петр Александрович. — По твою душу являлись лишь ретивые лизоблюды, решившие выслужиться. Хотя мнится мне, что ее императорское величество о том знала. Это, конечно, нарушение договора с венценосным супругом, но кто ж ему об этом расскажет. На меня не смотри. Даже если решусь написать императору, письмо попросту пропадет в недрах личной канцелярии его императорского величества. Там такое осиное гнездо, что соваться в него я не стану даже ради спасения твоей жизни. И никто не станет.

Князь явно к чему-то подводил, но я не собирался ему подыгрывать.

— Что же, тогда выход действительно только один.

— Какой? — тревожно встрепенулся генерал-губернатор.

Судя по взлетевшим бровям, он как минимум решил, что я попытаюсь устроить покушение на императрицу.

— Уеду из страны. Отправлюсь путешествовать.

— Куда? — Теперь вопрос князя прозвучал как-то растерянно.

Разговор явно зашел не туда, куда он его вел.

— В Индию или Африку, — пожал я плечами с показным равнодушием.

— Ты сейчас серьезно? — учуяв подвох, спросил князь.

— А что еще прикажете делать, ваше сиятельство? В обществе людоедов, крокодилов и гиен я буду чувствовать себя спокойнее, чем здесь.

— Ну, приказать я тебе действительно ничего не могу, — с хитрым прищуром заявил князь, явно разгадав мой троллинг, — а вот предложить кое-что вполне способен. Дело вот в чем. Неделю назад ко мне прилетал адъютант наместника Восточной Сибири с письмом от великого князя. У него в Якутске творится черт знает что, и особая следственная группа не справляется — отчеты больше напоминают мистические романы, чем официальные документы. Пришлось идти к церковникам, но и те помыкались, провели пару обрядов и тоже начали наводить тень на плетень. А затем наместнику рассказали о некоем видоке, который всякую нечистую силу как орешки щелкает и древнего упыря чуть голыми руками не удавил.

Ага, его удавишь. От воспоминаний о знакомстве с Владом Цепешем у меня до сих пор мурашки по спине бегают.

Судя по ироничному взгляду князя, он и сам считал эти россказни бредом.

— Вот и отправил наместник мне дирижабль с письмом, в котором просил одолжить ему такого нужного человека.

Слово «одолжить» князь явно использовал, чтобы подколоть меня, но в ответ получил лишь иронично приподнятую бровь.

— Я ему так и сказал, — прокомментировал он мою скупую мимику. — Игнат Дормидонтович-де человек вольный, службой не обременен, и заинтересовать его будет ой как непросто. А если учесть, что денег у титулярного советника в отставке ни куры, ни даже воробьи не клюют, то задачка и вовсе не реальная. Правда, есть печаль у молодого миллионщика — не угодил расторопный видок императрице, вот и пытаются угробить его всякие лизоблюды-выскочки. В общем, отписал я наместнику о твоих печалях, да и с подробностями.