Книга Чёрный ратник 5, страница 10 – Макс Гато

Следующие дни я провёл в Кузовке, восстанавливаясь. Ел, спал, давал телу самое важное — покой. Аура возвращалась медленно и неуклонно, каналы наполнялись по капле, и к третьему дню я мог поддерживать аурное зрение несколько минут без перенапряжения.

Местоположение Метки менялось каждый день. Ярослава медленно двигалась к Кузовке. А на четвёртый день в Кузовку пришли Иван и Соловьёв.

Я сидел на скамье у постоялого двора, когда увидел их в конце главной улицы. Два человека в изодранной одежде, один с топором за спиной, другой с луком и полупустым колчаном. Иван шёл, слегка накренившись на правую сторону, левая рука висела вдоль тела и почти не двигалась. Соловьёв выглядел лучше, хотя порез на челюсти всё ещё был заклеен чем-то тёмным.

Они заметили меня одновременно.

Иван остановился посреди улицы. Несколько мгновений он просто стоял, а затем продолжил идти. Когда он приблизился, на его лице расплылась широкая улыбка.

— Выглядишь паршиво, — весело сказал Иван.

— Это ты ещё Химеру не видел, — отозвался я.

Соловьёв, стоявший на полшага позади, едва заметно усмехнулся. Иван хмыкнул и сел рядом на скамью. Потянулся и поморщился, когда плечо напомнило о себе.

— Как нашли Кузовку? — спросил я.

— По солнцу и склону, — пожал плечами Соловьёв. — Шли на запад, вышли на торговый тракт, оттуда сюда. Пришлось задержаться, чтобы не попасться патрулям. Мятежники уже рыскают вокруг руин.

— Ранения?

— Плечо, — коротко ответил Иван.

— Целительница через два дома отсюда, — я кивнул в нужном направлении. — Ворчливая, но дело знает.

Иван посмотрел на своё плечо, потом на меня.

— Потом, — попытался отмахнуться он.

Я же нахмурился.

— Сейчас, — возразил я.

Иван вздохнул и поднялся на ноги. Затем они вместе с Соловьёвым направились к целительнице. Иван тяжело шагал и Соловьёв поддерживал его.

Я остался на скамье и смотрел им вслед. Два человека из четырёх. Живы и на ногах. Отряд собирался, медленно, по частям, так же, как он был разбросан. Я знал, что Ярослава жива, а вот по Зарецкому информации не было. Маг мог не пережить Круг Переноса или оказаться на вражеской территории.

Вечером мы сидели втроём в общем зале постоялого двора, за тем же столом, за которым неделю назад ели с Буровым. Хозяин принёс уху, хлеб и квас.

Иван ел молча, с сосредоточенностью человека, который не знал, когда поест в следующий раз, и собирался компенсировать это прямо сейчас. Его левая рука лежала на столе. Целительница перевязала плечо и намазала мазью, отчего Иван морщился при каждом движении.

Соловьёв внимательно осматривал зал и пил квас. Это было одной из привычек лучника. Хотя посетителей в таверне кроме нас почти не было.

— Расскажите, что случилось после переноса, — попросил я.

Иван и Соловьёв переглянулись. Соловьёв начал говорить. Рассказ был коротким и без лишних деталей: очнулись в лесу на восточном склоне, определили направление, пошли на запад, увидели дым над объектом, дошли до торгового тракта, оттуда в Кузовку. Три дня пути, ночёвка в лесу, никаких столкновений. Он перечислял события с той же интонацией, с которой описывал бы маршрут патрулирования. Иван добавил два уточнения: шрам от ветряного заклинания на предплечье начал заживать и стрел у Соловьёва осталось две.

— Одна треснувшая, — закончил говорить Иван.