Книга Чёрный ратник 5, страница 8 – Макс Гато

— Этого достаточно, — ответил я и убрал клинок в ножны.

Лошадь оказалась именно такой, как он описал. Низкорослая кобыла неопределённого возраста с прогнутой спиной и повадками животного, которое давно перестало интересоваться мнением всадника о темпе и направлении. Она шла, куда считала нужным, и совпадение с нужным мне маршрутом было скорее удачей, чем послушанием.

Впрочем, она была лучше, чем мои ноги. Значительно лучше.

Мы выехали через час после того, как сделка была заключена. Четверо браконьеров ехали впереди, я же двигался в арьергарде. Мы почти не говорили, и молчание нарушалось только неспешным стуком копыт, редким скрипом кожи и случайными переговорами между браконьерами о маршруте.

Старшего из браконьеров звали Прохор. Он хорошо знал маршрут и избегал троп, которые использовали мятежные патрули. Мы ехали в основном лесом, вдали от дорог. Так было медленнее, но безопаснее, и в моём текущем состоянии безопасность стоила потерянного времени.

Рёбра напоминали о себе при каждом шаге лошади, толчки в седле отдавались жжением в левом боку. Щиколотка, свободная от нагрузки, постепенно восстанавливалась, хотя опухоль не спадала. Я пил воду из бурдюка, который мне молча сунул один из лучников на первом привале, и ел сушёное мясо, которое было жёстким и солёным, но очень вкусным.

На первой ночёвке Прохор сел рядом со мной у костра. Я вызвался дежурить, хотя, на самом деле, просто недостаточно доверял своим попутчикам.

Прохор долго молчал. Просто жевал травинку и смотрел на огонь. Потом спросил:

— Твои что ль подожгли руины?

Я совершенно серьёзно посмотрел на браконьера.

— Нет, — ответил я. — Просто оказался рядом.

— Говорят, — Прохор выплюнул травинку, — там местная банда обитала. Мы разок попытались сходить, но Косой стрелу словил.

— Бывает, — безразлично отозвался я.

— Мы не суёмся туда, — предупредил он. — Какой бы хабар там ни был, мне мои люди дороже.

— Разумно, — кивнул я.

Прохор помолчал ещё немного.

— Наёмник, значит, — произнёс он с сомнением.

Я ничего не ответил, только накинул на плечи плащ, который нашёл в избушке на купеческой стоянке, и прикрыл глаза. Прохор тоже ничего больше не сказал. Мы оба знали, что я не наёмник, и оба знали, что обсуждать это не в наших интересах.

На второй день пути аура начала восстанавливаться уже заметнее. Каналы наполнялись медленно, но ощутимо, и к вечеру я чувствовал тонкий устойчивый ток чёрной ауры, бегущий по расширенным после третьего фрагмента каналам. Недостаточно для техник, но достаточно, чтобы ощущать мир вокруг полнее, чем обычными чувствами.

Я потянулся к Метке.

Ярослава была где-то западнее, но ближе, чем вчера. Она двигалась. Ко мне тянулся стабильный сигнал Направление совпадало с маршрутом к Кузовке через горы и перевалы, которые мы проходили с Буровым. Это хорошо. Значит, точку встречи остальные определили правильно.

Сама Кузовка появилась на третий день, ближе к вечеру. Те же два хребта, та же долина, тот же рынок с каменными прилавками, тот же дым из труб. Городок за время нашего отсутствия не изменился. Последний раз я видел Кузовку, выезжая на восток верхом, с полным отрядом, с Зарецким, с припасами и планом. Сейчас я возвращался один, на чужой кобыле, в разорванном доспехе и почти пустыми аурными каналами.