Книга Чёрный ратник 5, страница 80 – Макс Гато

Это название я слышал в первый раз, хотя и сам уже не раз бывал в Предгорьях.

— Что за Кручинино? — спросил я.

— Деревня, мелкая совсем. Там раньше была артель ткачей, да потом закрылась. Дворов, может, пятнадцать осталось, и те выживают кое-как, — Ельцов почесал сломанный нос. — Хорошее место, если хочешь, чтобы тебя не нашли. Одна дорога, с двух сторон лес, с третьей болото. Зимой ещё ничего, но летом туда только по тропе и пройдёшь.

Я посмотрел на карту. Направление отдалённо совпадало с маршрутом из документов лаборатории. Не точь в точь, конечно, но Кручинино было уж подозрительно близко к маршруту.

— Едем дальше, — приказал я.

Хоронить местных у нас времени не было.

До привала мы прошли ещё одну деревню. Пустую и почти целую. В одном доме на столе стояла миска с засохшей и потрескавшейся кашей. Кто-то сел есть и так и не доел. Рядом — детская ложка. Я не стал заходить дальше.

Ельцов нашёл место для ночлега в третьей деревне — чуть крупнее, дворов на тридцать, тоже брошенной. Мы заняли два дома рядом. Один определили для людей, второй для лошадей. Ставни закрыли и огонь разводить не стали.

Соловьёв и Панчин заступили на первое дежурство. Остальные ели то, что нашлось: ячмень из мешков, сухари и пили воду из колодца. Иван сидел у стены, молча жевал, топор лежал у него между коленями. Ярослава устроилась на лавке, вытянув ноги. Громов, как и утром, казался спокойным.

Зарецкий разложил бумаги на столе рядом с лампой. Я подсел к нему.

— Магический след на постоялом дворе, — начал говорить я. — Ты его запомнил?

— Запомнил, — ответил Зарецкий, не поднимая головы. — Частота нетипичная. Это не стандартная боевая магия и даже не алхимический инструмент. Ковенская школа, скорее всего, один из их специальных методов. Я встречал описание чего-то похожего в документах, но тогда не придал значения.

— Один маг мог сделать всё это? — поинтересовался я.

— Мог, — Зарецкий перебрал несколько листов. — Если он шёл по маршруту и зачищал за собой, то постоялый двор — не первое и не последнее место. Он зачищал людей, которые могли видеть, как по этой дороге возили что-нибудь. Или кого-нибудь.

Я помолчал.

— Маршрут из документов, — сказал я. — Он идёт в том же направлении.

— Да, — Зарецкий наконец посмотрел на меня. — Я думаю, что это один и тот же маршрут. Ковен возил грузы с востока на северо-запад, через эти деревни, и перед уходом послал кого-то зачистить дорогу. Убрать тех, кто мог что-то видеть и запомнить.

Ельцов, который лежал у стены и, казалось, дремал, открыл один глаз.

— Если ваш маг шёл к Кручинино, — сказал он, не меняя позы, — то он уже там как четыре дня.

Ельцов зевнул.

— А в Кручинино, я вам скажу, с тех пор как артель закрылась, делать нечего. Трое старух, мужик-горбун да коза, — усмехнулся своей же шутке он. — Если только кто-то из ваших ковенских там обосновался, тогда это уж другой разговор.

— Сколько до Кручинино отсюда? — спросил я.

— Если завтра выйдем до рассвета и пойдём через лес, срезая, то к вечеру послезавтра доберёмся. — Ельцов перевернулся на другой бок. — Болота после дождей будут мерзкие, но я знаю обход. Крюк часа на три, тропа звериная, но лошади пройдут… наверное.

— Можно попробовать напрямик, — задумался я. — Сколько это займёт?