Книга Обнулённый 1, страница 32 – Макс Гато, Виктор Рэн

Теперь понятно, почему этой ночью он был при оружии. Выходит, он и не переставал искать Михея с самого момента его пропажи.

— Ладно, шут с этими камнями, — поднялся на ноги я. — Доберёмся до следов и будем действовать от них.

Мы вернулись на тропу и дошли до дальней делянки. Затем Бертран повернул в сторону, и мы углубились в лес. Кроны все теснее смыкались над головами, и солнцу было труднее и труднее пробиваться до земли.

— Здесь, — остановился Бертран и указал на землю.

Я опустился на корточки. Следы были старые, размытые, но ещё различимые. Это точно были глубокие и широкие отпечатки сапог.

— Михей был здоровенным детиной, — предвосхитил мой вопрос Бертран. — Ни у кого в округе не было таких здоровенных сапог, как у него.

— Он шёл один, — заметил я, дотронувшись до земли.

— Один.

Я встал и осмотрелся по сторонам. Вокруг лес, трава и кусты. Ничего необычного.

— Получается, он ушёл в эту сторону сам? — спросил я.

— Получается так, — согласился Бертран. — Только дальше следы теряются.

Мы прошли вперёд, вглядываясь в землю. Следы действительно исчезали, растворялись в прелой листве и мхе. Будто человек просто растаял в воздухе.

— Здесь есть что-нибудь, к чему он мог бы пойти? — уточнил я.

— Ближе к чаще есть ягодники, — почесал голову Бертран. — Да несколько полян, куда знахарка хаживала за редкими травами.

— Нужно будет поговорить с Даной, — предложил я.

— То ещё старая знахарка была, — поправил меня Бертран. — Дана так далеко в лес не ходит.

Мы внимательно смотрели участок, где пропадали следы, и начали описывать круги, расширяя радиус поиска. Едва пробивающееся через кроны солнце уже находилось в зените, когда мы всё же нашли очередную зацепку: след от края подошвы, вдавленный в мягкую землю у корней развесистого древа.

— Сюда, — позвал я Бертрана.

— Похоже, он и правда ушёл дальше в лес, — прокомментировал находку Бертран.

Мы двинулись дальше. Лес становился темнее, а воздух тяжелее. Едва заметный след попался нам ещё один раз, а затем мы наткнулись на что-то посерьезнее.

— Кусок ткани, — отозвался Бертран и ткнул пальцем в сторону одного из кустов.

Я проследил, куда он показывал, и заметил небольшой обрывок ткани, застрявший на ветке кустарника. Подошёл ближе. Ткань была разорвана, и на ней темнело пятно. Я поднес её к носу и поморщился.

— Застарелая кровь, — сказал я и вынул клинок из ножен. — Похоже, здесь Михея ранили. Будь начеку.

— Дьявол, — сквозь зубы выругался Бертран и обнажил меч. — Только этого не хватало.

Дальше мы шли значительно медленнее, внимательно вглядываясь в каждый куст и вслушиваясь в каждый шорох. Через сотню шагов нашли кровь на листьях. Пятна были старые, бурые, но явно человеческие.

— Его, — одними губами прошептал Бертран. — Не иначе.

Я кивнул. Мы двинулись дальше, медленно переставляя ноги, чтобы не шуметь лишний раз. Вскоре перед нами показались две глубокие борозды, словно что-то тяжёлое тащили по земле. Следы волочения тянулись ещё с полсотни шагов, потом исчезали.

Я остановился, огляделся. На самом краю рыхлой земли виднелись новые следы, которые были шире и глубже предыдущих. Папоротник и мох были буквально вмяты в землю чьей-то тяжелой тушей.

— Что это? — тихо спросил Бертран.

Я подошёл немного ближе. Следы были странные, не похожи на медведя или волка. Уж больно глубокими были впадины от когтей. Я показал рукой в сторону, куда вели следы волочения и получил кивок от Бертрана. Мы пошли по следам и с этого момента общались только жестами.