Книга Клинков. Последний хаосит 4, страница 95 – Максим Мамаев, Макс Гато

Я провёл ладонью в воздухе. Над ней медленно вспыхнула едва заметная рябь — мягкое заклинание воздуха.

— Подразнили меня, — усмехнулся я. — Вот теперь не дёргайтесь.

— Ах, — картинно вздохнула Весна. — Нам угрожают.

Ира лишь шмыгнула носом. Сольвейг встала чуть боком, приподняв подбородок и следя за тем, что я колдую.

Я провёл рукой перед собой, целясь в Весну. Провёл от ступней до плеч. Потоки тёплого воздуха закружились, подхватывая капли с одежды и кожи, превращая их в лёгкую дымку. На Весне я не остановился — она просто стояла ближе ко мне. То же самое сделал и с Ирой, и с Сольвейг.

Платья и рубашки затрепетали от движения ветра, а затем по ткани пробежал короткий, еле заметный импульс. Вместе с воздушной магией я использовал огненную — самую капельку, дозированно и предельно точно. Получилось не пламя, а скорее сухой ветер с подогревом.

Влага испарялась почти мгновенно. Из-под закатанных штанин Иры поднялся лёгкий пар, и она ещё пуще раскраснелась. Сольвейг зажмурилась, как кошка, наслаждаясь тёплыми потоками воздуха. Весна, почувствовав, как её чёрная роба становится сухой, хмыкнула.

— Такому заклинанию ты меня не учил.

— Услуга платная, — подмигнул ей я.

— На такую магию можно и раскошелиться.

Весна улыбнулась, поправляя полы одежды.

— Тогда в следующий раз, — выпалила Сольвиг, — я первая.

Ира с Весной тут же посмотрели на неё с интересом.

— Ну а что? — мотнула головой Соль.

— Да ничего, — ответил я. — Первая так первая.

Поток магии плавно угас. В воздухе всё ещё остался лёгкий озоновый запах. Сам я себя в порядок привёл моментально — одной короткой, но мощной волной горячего пара.

— Я видел по пути чайную, — проговорил я, когда все оделись и собрались. — Давайте зайдём.

Моё предложение было встречено энтузиазмом и радостью. Всё-таки, несмотря на магическую сушку, горячий чай девчонкам явно не помешал бы.

— Первая, — хмыкнул я, глядя на Сольвейг. — Ты сапоги-то не забудь.

Она стояла в траве и с удовольствием смотрела на заходящее солнце. Нам уже пора было идти, потому как становилось прохладно, но Соль начала свой шаг, перебирая босыми ногами, совершенно забыв про свою обувь. После моего напоминания она огляделась по сторонам, нашла сапоги и быстро обулась.

Когда мы выходили из парка, на скамейках стало уже намного меньше людей. Всё-таки на город медленно наступала ночь, а это значило, что все расходились по домам.

Небольшая чайная на углу улицы, возле парка, оказалась очень уютной. Она занимала первый этаж трёхэтажного здания. Внутри пахло древесной смолой, засахаренными фруктами и смесью чая с травами. Потолок был невысоким, а стены были обиты деревянными панелями. Мы устроились в дальнем углу у широкого окна, выходящего на улочку и парк.

Весна села напротив, завернувшись в робу и молча глядя на огонь в едва потрескивающем камине. Ира сняла кожаную куртку и подсела ближе ко мне, облокотившись на резной столик. Сольвейг устроилась на мягкой кушетке. Тёплый янтарный свет ламп внутри словно поглощал последние лучи солнца и немного размывал фигуру девушки, придавая ей мягкий магический ореол.

Я заказал два чайника — один с молочным чаем, другой с ягодным. Вскоре нам принесли фарфоровую посуду, в которую разлили горячий, пышущий паром чай.