Книга Клинков. Последний хаосит 6, страница 119 – Максим Мамаев, Макс Гато

Его бойцы на скалах сражались с Магистрами и солдатами. Они бились как волки — яростно, не отступая, но численное преимущество было слишком велико. Один за другим погибали люди, которые шли за Шаховским не по приказу, а по верности.

Ледяное копьё пронзило левое плечо Василия, пригвоздив его к скале. Боль была ослепительной. Шаховский заорал, рванулся и сломал копьё, оставив осколок в ране. Кровь хлестала, но он не останавливался.

Последний удар Шаховский нанёс из абсолютного отчаяния. Он собрал все крохи маны — из ядра, из каналов, из самих костей — и вложил их в одно заклинание. Не молнию и не яд. Нечто новое, что родилось в нём в момент между жизнью и смертью.

Ядовитая молния — слияние двух его стихий в одну. Зелёный электрический разряд, пропитанный концентрированным токсином, ударил прямо в Берёзовского. Архимаг льда поставил ледяной щит, но молния прошла сквозь лёд, расколов его, и ударила в грудь.

Берёзовский отлетел назад и врезался в скалу. Его доспехи раскололись, на груди осталась чудовищная рана — обожжённая и отравленная одновременно. Он был жив, но выведен из строя.

Шаховский рухнул на колени. Мир вокруг плыл, темнел, растворялся. Он истратил всё — до последней капли.

— Савва… — прохрипел он, чувствуя, как его тело начинает неметь.

Верный помощник был рядом в мгновение ока. Он подхватил Шаховского, не давая ему упасть лицом в камни.

— Отступаем, — выдавил Василий. — Все… кто остался… отходим…

Савва молча кивнул и подал сигнал. Уцелевшие бойцы Шаховского — меньше сотни — начали организованный отход, унося раненых и погибших. Они уходили по горным тропам, известным только местным, туда, где ни одна армия не могла их преследовать.

Северная армия солнечников потеряла обоих Архимагов, около семисот бойцов и три Магистра. Она была деморализована, истощена и застряла в горах без командования. Оставшиеся Магистры могли довести её до Беловежска, но это заняло бы ещё неделю, не два дня, как планировалось.

Шаховский сделал своё дело. Ценой крови, боли и едва не отдав собственную жизнь.

В Беловежске, столице Южноуральского княжества, Григорий Арсеньевич Демидов стоял на бастионе крепостной стены и смотрел на запад. Оттуда надвигалась главная угроза — центральная армия солнечников под командованием самого Бориса Соснова.

Князь выглядел постаревшим. Мешки под глазами, резче обозначившиеся морщины, чуть сутулая спина. Бессонные ночи, бесконечные совещания и непрекращающийся поток плохих новостей — всё это давило на него, как жернов. Но его глаза оставались ясными и жёсткими, как сталь.

Рядом с ним стояла группа его ближников — Магистры, воеводы, командиры гарнизона. Все ждали его слова.

— Доклад, — коротко бросил Демидов.

Один из воевод, пожилой мужчина с обвислыми усами, выступил вперёд.

— Передовые разъезды обнаружили авангард Соснова в шестидесяти верстах к западу. Примерно пять тысяч бойцов, осадные орудия, обоз. Движутся медленно из-за обоза, но неуклонно.

— Архимаги?

— Борис Соснов лично. Других Архимагов при нём не обнаружено, но есть не менее двенадцати Магистров.

Демидов помрачнел. Борис Соснов — один Архимаг, но какой. Старый, опытный, безжалостный боец, увешанный зачарованными протезами и боевыми артефактами. По слухам, он мог в одиночку сровнять с землёй небольшой город.