Книга Путь трёх совершенствований. Том 4, страница 23 – Дмитрий Крам

Он без боязни отдал мне меч. В два раза легче моего. Эльфийская сталь.

Вернул ему оружие. Остроухий занял выжидающую позицию.

— Тарлахтар, — призывно махнул он клинком.

— Нет, — покачал я головой.

— Тарлахтар! — процедил он сквозь зубы взмахнув у самого моего лица, но я не шелохнулся.

— Не здесь, — сказал я. — Опасно. Помешают, — сопровождал речь жестами. — Веди к реке. Ты знаешь путь. Там сразимся.

Рин выпучила глаза.

— Не пойму, ты хитрый или псих.

Про навык Дипломатия я ей не расскажу, потому пусть думает, что хочет. Но я-то чувствую, что это его работа. Мне бы такое и в голову не пришло. Зарубил бы остроухого, и делу край.

Эльф насупился, напряженно думал, то сжимал со всей силы, то чуть ослабевал хват на рукояти. Затем два раза по-птичьи тихо и коротко цокнул. Видимо, это на его наречии походная форма слова «согласен».

— Я Анд, — ткнул я себя в грудь. — Имя? — указал я зачем-то на небо, видимо, опять Дипломатия работала.

— Тамиэль.

— Веди.

Остроухий показал, чтобы я убрал клинок в ножны и не доставал, пока он будет идти впереди. Я наказал Рин внимательно его сканировать и при малейших признаках опасности подавать сигнал.

Мы прошли совсем немного, когда Тамиэль стал залазить на дерево, а потом, добравшись до кроны, просто пошёл по воздуху и замахал нам.

Я поднялся следом. Всё проверил и разрешил залезть Рин. Невидимая дорога была прокинута между деревьями. Получается, эльфы по ней могут большие расстояния преодолевать.

Мы прошли так с километр, увидев множество противников, которые не могли нам ничего сделать. Потом спустились, немного прошли по земле. Опять поднялись.

Рин состроила странную гримасу. Озадаченно замерла, пытаясь расшифровать то, что почувствовала. Я потянул её за собой на землю, и эльф повторил за нами.

Шагов в сорока по уже натоптанной просеке шла странная компашка. Гном Бездны, механоид и горилла в доспехе. Причём у гнома взгляд такой странный и зрачки бегают, будто невидимую книгу на ходу читает. Я глянул на эльфа, но он не смотрел на них, вжал голову в землю, тогда я тоже отвернулся и Рин лицом в траву уткнул. Значит, могут взгляд чувствовать, если остроухий так себя ведёт.

— Это что, три перевёртыша? — спросил я, когда отряд скрылся.

Тамиэль покачал головой. Засыпал меня мыслеобразами, более того, он смог даже передать мне уже знакомый звук, характерный «Ву-у-у-у-у-у!», от которого у всей местной фауны шерсть приобретала узнаваемый серебряный оттенок.

Он быстро махал руками и сыпал картинками. Я пытался переводить для Рин.

— Ломает деревья.

— А мы это видели и слышали, — сказала Рин.

— Ему неважен старший. Вот щас не понял, старший кто? Дух? Нет. Глава? Отец? Нет. Покровитель. Отбирает существо от семьи? Нет. Создателя? А-а-, всё вместе. Отбирает существо у фракции, берёт себе. Стоп! — выставил я руки. — Это хаоситы, что ли? Белые глаза такие. Нет. Не они. А кто?

— Ву-у-у-у! — шепотом повторил он и заозирался. Будто то самое зловещее Ву, которое слышно на километры, могло услышать его шипение и отозваться.

Мы пошли дальше. А затем Тамиэль попросил закрыть глаза, покрутил нас на месте, запутывая, провёл до тайного подземного хода. В чём смысл закрытия глаз не совсем ясно, если учесть, что место способное служить скрытым спуском было ровно одно — старый пень.