Книга Звёздный отряд. Точка входа в аномалию, страница 100 – Саша Прудиус

— У нас нет выбора, — сказал твёрдо. — Если попытаться бежать или начать бой, они просто сравняют своей артиллерией этот лес вместе с землей! Заложат фугасы и взорвут штаб к чёртовой матери! Поэтому стойте смирно.

Я подошёл к двери и открыл её.

На пороге стоял офицер в полевой форме без знаков различия. Только красная звезда на фуражке. На вид ему было около пятидесяти. Кто он по званию, я не понял, но за его спиной замерли автоматчики. Было ясно, что старший здесь он.

Солдаты стояли в касках и бронежилетах. Оба держали нас на прицеле укороченных АКМС со складными прикладами. 7,62 мм.

Мужчина окинул меня хмурым и усталым взглядом. Похоже, за свою службу он успел повидать уже всякого.

— Майор Захаров, — сухо представился он. — Комитет государственной безопасности. Смирнов Алексей Павлович, студент МИФИ?

— Так точно, товарищ майор, — ответил я по уставу и жестом показал на друзей. — А это мои друзья. Игорь Петров и Виктор Волков, они как и я студенты МИФИ. А Марина Ковалева — студентка МГУ (биофак).

Майор кивнул:

— Хорошо. Пройдете с нами. У нас к вам накопилось много вопросов.

Нас вывели из штаба под конвоем восьмерых автоматчиков по два на каждого. Периметр леса был оцеплен так, что, казалось, ни один заяц не проскочит незамеченным. У ворот лагеря помимо командирского УАЗ-469 и "буханки" с солдатами стояли четыре тентованных «Урала». Нас с ребятами разделили и рассадили по разным машинам. Я ехал в головной — вместе с майором и двумя молчаливыми сержантами с каменными лицами (типичные "волкодавы" из спецподразделений).

Майор сидел напротив меня и молча изучал мое лицо.

— Товарищ майор, — начал я, нарушая тишину. — Вы должны меня выслушать.

— Обязательно выслушаю, на базе поговорим, Смирнов, — отрезал он. — В комнате для допросов разговор будет более предметным.

Оба конвоира переглянулись и хмыкнули. Так хмыкают люди, которые уже не раз видели, чем заканчиваются "предметные разговоры".

"Комната для допросов", — хм, звучало довольно зловеще. Нас привезли не на Лубянку, а на куда более секретный и изолированный объект, один из закрытых НИИ Министерства обороны в Подмосковье (я чувствовал характерную энергетику таких мест).

А дальше нас развели по разным боксам. В общем, всё как положено, если задача напугать человека.

Меня посадили в изолятор. Комната небольшая, примерно четыре на три. Стены зелёные. Такой унылый казённый зелёный, что смотреть на них долго не хотелось. Под потолком лампа, закрытая решёткой. Мебели по минимуму. Табуретка прикручена к полу, койка — к стене. На койке тонкий матрас, от которого пахло хлоркой. Причём так пахло, будто его этой хлоркой и застелили.

За дверью почти ничего не слышно. Иногда звякнут ключи. Потом шаги. Часовой проходил мимо моего окошка примерно раз в пятнадцать минут.

Вполне подходящее место для разговора по душам.

Сил не было даже на то, чтобы думать. Лёг на койку и почти сразу уснул. Проснулся от скрипа двери.

В комнату вошли двое. Знакомый майор и худой человек в штатском костюме. Лицо землистого цвета, маленькие холодные глаза, смотрящие цепко.

Я приподнялся на койке и посмотрел на них.

Вот теперь, похоже, начнётся допрос.

Индикатор всё ещё показывал низкий процент. Я был беспомощен, как котенок.

Даже если бы я знал, где их держат, что бы я сделал? У меня не было и двух процентов. Я не мог ни телепортироваться, ни поставить щит. Только сжимать кулаки и ждать. От этого было гаже всего.