Книга Ствол и артефакт, страница 112 – Андрей Левицкий

Предложение было неожиданным – присутствующие молчали, не зная, что тут сказать, и наш афроамериканский друг победно оглядел сталкеров, всех, кроме Пригоршни, на которого лишь презрительно покосился: мол, а ты говорил – из Эфиопии, а я вон какой умный!

— Жрать там что? – наконец тихо спросил Шрам.

Мы переглянулись и закивали.

— Как это – что, как это – что? – ответил Смола, помахал фуражкой, соображая, что ответить, и, надо же, сообразил: – А мы с собой возьмем!

— В руках понесем? – уточнил Шрам.

— Нет, зачем – на лошадях!

Шрам повернулся к Злому и спросил:

— Сколько людей осталось?

— Десять мужиков в поселке, старики в основном, – сказал сталкер. – Не такие древние, как Львович, но в возрасте уже. Половина из них – пьяницы трясущиеся. Четыре женщины, из них молодая только Марьяна.

Шрам опустил взгляд, что‐то прикидывая, потом заговорил твердо, уверенно, но все так же тихо:

— Столько народа туда перевести – шум будет в дороге. И еды много надо с собой взять. А сейчас вояки настороже. Тем более если у них вертолет…

— Без топлива, – вставил я.

Сидящий рядом Пригоршня кашлянул и заерзал.

— Что? – спросил я.

— Ну, вообще‐то, там еще полно топлива, в вертолете.

— Чего ж ты сказал, что закончилось?

Все, в том числе и подошедшая Марьяна, уставились на напарника. Он развел руками.

— В основном баке закончилось, он литров на пятьсот где‐то. Но на этой модели еще система из трех дополнительных емкостей установлена, это я потом увидел, когда уже возле трактора его посадил и вылез. Просто чтоб на нее переключиться, надо покопаться в нем, шланги перекинуть, вентили… У меня тогда не было времени заняться, это ж на час работы, если не знаешь хорошо, что к чему. А рядом – стреляют, так я решил – после вернемся с тобой, поглядим и сделаем. Ну и вот, – заключил он.

— Тьху! – сказал Патриот. – А казав – нэ москаль!

Пригоршня напрягся, посерьезнел. Но тут как раз Настасья Петровна с Марьяной принесли охотникам поесть и стаканы, а Илья Львович прошаркал к лавкам, прижимая к груди уже знакомую трехлитровую банку. Старик сел с нами; Настасья Петровна ушла, а Марьяна встала в стороне возле стены, чтобы слышать, о чем говорят.

— Через пару часов пойдем, – объявил Смола, глядя на Патриота и Шрама. – Правильно я говорю, хлопцы?

— Так, – кивнул смуглый. – Поспаты трэба хочь трохы.

— Спите, – разрешил Злой. – Но два часа, не больше. А потом сразу идем. Нас шестеро получается… Нет, семеро, еще ж Блейк. Телегу с собой захватим и…

— Злой, вы забыли про мотоповозку, – произнес Илья Львович.

— Да там же бензина нет… – начал сталкер и замолчал, сообразив, что говорит глупость.

Илья Львович покивал.

— Мы с девушками, Настасьей Петровной и Марьяночкой, вчера полдня бензин из мотоциклов и броневика сливали. Таки бензина у нас теперь полно, Злой.

* * *

Пока Никита ловил Безумного, а остальные готовили мотоповозку, я прошелся по селению, осмотрел место, где раньше стоял трактор, возле которого напарник посадил вертолет (оттуда вдаль тянулись глубокие колеи), обогнул коровники и вышел к трактиру сзади, все это время не убирая руки с оружия и прислушиваясь, не загудят ли моторы.

Дверь, ведущая на кухню, открылась, показалась Марьяна, скорее всего увидевшая меня в окно. Огляделась – вокруг никого не было, приглушенные голоса и всполошенное ржание Безумного доносились из‐за трактира. Затем шагнула ко мне и вдруг, приподнявшись на цыпочках, обхватила за шею.