Онлайн книга «Ствол и артефакт»
|
— Пригоршня, видишь справа тюк? – спросил Злой. Напарник кивнул. Метрах в пяти от нас лежал большой сверток поролона, какие можно увидеть на стройке. — Туда давай. Заляг, чтоб коридор дальше простреливать, и прикрывай нас. Мы за тобой. — Сделаем, – сказал Никита. Он на корточках подобрался ближе к двери, убрал гранату. Приподнялся, собираясь броситься в коридор мимо Смолы, Злого и Шрама, и тут последний поднял голову, прислушиваясь. Одновременно я сказал: — Сзади. Залязгав оружием, мы повернулись. Гул водопада помешал нам услышать шум винтов раньше. За спиной Патриота, который не услыхал моей реплики и удивленно смотрел на нас, из‐за козырька взлетел вертолет. Он был совсем близко, еще пара метров – и винт зацепит склон. За лобовым стеклом на месте пилота сидел капитан Пирсняк, возле выломанной дверцы – Лесник, а между ними, в глубине кабины, – кто‐то еще, толком я не смог разглядеть. Стволы пулемета были обращены точно в дверь будки. Они начали вращаться. * * * Патриот что‐то выкрикнул – из‐за рокота винта слов мы не разобрали, – развернулся, вскинул автомат. И спас жизнь нам всем. В тесном пространстве будки пули превратили бы нас в жаркое. Патриот подался вперед, собираясь открыть огонь, но Лесник успел первым. — В туннель!!! – страшным голосом заорал Злой. Грохот заглушил и шум водопада, и рокот винта. Патриот дернулся, выпустив автомат; широко расставил руки и перекрыл весь проем, упершись локтями в его края. Тело содрогалось, словно его била крупная дрожь, – это пули врезались в грудь и живот. Толкая друг друга, падая и вскакивая, мы бросились в каменный коридор. Решетчатые плиты под ногами ходили ходуном, лампочки качались, будто пьяные, наши тени кружились, вытягиваясь до низкого потолка и сжимаясь под ботинками… На бегу я оглянулся: тело Патриота из дверного проема исчезло… Но в прямоугольнике вечернего света не был виден вертолет, лишь его лыжи маячили под верхним краем, медленно поворачиваясь. Ну конечно, ведь эта машина не предназначена для такого оружия, слишком легкая, – отдача качнула ее назад, и капитану Пирсняку пришлось как‐то справляться с этим, а пилотом он вряд ли был намного более опытным, чем напарник, который, помнится, тоже мучился с управлением… Потом коридор наполнился грохотом, и я увидел, как будка корежится, железный потолок проламывается, вминается внутрь – это Лесник, наклонив джойстик, поливал ее огнем сверху. Я обо что‐то споткнулся и не упал лишь потому, что Пригоршня схватил меня сзади за воротник и сильно толкнул, придав дополнительное ускорение. Плиты закончились. Я успел оттолкнуться от края последней и перепрыгнул через пару стоящих один на другом ящиков с армейским клеймом на боках. Круглое помещение, провода по стенам, две одинокие лампочки на них – хорошо, что обе еще работают, – и ящики, ящики вокруг… Некоторые длинные, другие будто кубики из детского конструктора, только больших размеров, одни целые, у вторых стенки пробиты, наружу высыпались патроны или мелкие пенопластовые кругляши… Пахнет машинным маслом, скипидаром и трухлявым деревом. Под стеной – длинный стеллаж из сваренных труб и тонких досок, в нем автоматы Калашникова, два десятка, не меньше, выстроились рядком, торчат изогнутые рожки… Под стеной ящики громоздились почти до потолка. |