Онлайн книга «Ствол и артефакт»
|
Голова закружилась. Кое‐как провернувшись, я зацепился за что‐то рукоятью ножа и, скрипнув зубами, сел в просвете между двумя булыгами. Сверху посыпалось мелкое крошево, потом испуганный голос Никиты произнес: — Химик! Ты там? Меня била крупная дрожь, перед глазами сновали жужжащие огненные точки. Обломки вертолета лежали далеко у подножия горы. Внизу ничего не горело – вода из бассейна потушила огонь, – зато шел черный дым. И где‐то там, среди валунов, почерневшего железа и расплавившегося пластика, лежало тело Лесника, раздавленное, как лепешка, которую бросили в мельничные жернова. — Ты! – хрипло выкрикнул я, обеими руками схватил нож, выдернул и потряс, оскалившись. – Я говорил тебе: люблю таких кабанов! Когда вы падаете, то громко гремите и встать уже не можете! * * * Когда спустились, мне стало совсем плохо. Ноги подгибались, я едва шел, так что в конце концов Никите пришлось тащить меня, а потом и вовсе уложить на траву. Оторванный от рубахи рукав, которым замотали плечо, потемнел, набух от крови. Окружающий мир подрагивал, а иногда начинал вертеться вокруг одной точки, которая находилась где‐то между глаз; звуки становились тягучими, низкими, краски бледнели… Озабоченное лицо склонилось надо мной, и напарник спросил: — Там же «кровь камня» есть, Химик? Надо ее на рану присобачить. А ну сядь, давай контейнер снимем… Он помог мне сесть и стал расстегивать ремешки, но я сказал: — Так просто на рану нельзя. Нужны тряпки и спирт или хотя бы бензин. — Где ж я тебе бензин сейчас возьму? — Раз негде – значит, пошли дальше. Мне получше чуток стало, как полежал, теперь помоги встать. Озеро осталось далеко позади, когда мы услышали тарахтение. Пригоршня достал нож – единственное наше оружие, не считая артефактов в контейнерах, – и поволок меня под прикрытие растущего неподалеку дерева, но потом остановился. — Знакомый звук вроде, – сказал я. Он кивнул: — Ага. Это, кажется… Ну точно! По полю в нашу сторону двигалась мотоповозка. Я разглядел сидящего за рулем Шрама. — Идем! – Напарник потащил меня вперед. Вскоре знакомый голос зазвенел: — Новички, ха‐ха! Видели Хозяев Зоны? А Картографа, Картографа-то видели, или он все прячется, никому свое лицо не показывает, истинное имя не говорит? Разбогатели, новички, деньжатами разжились или, может, артефактами? — Заткнись, – бросил Шрам не оборачиваясь, и Звонарь смолк. Сталкер остановил повозку, кивнул нам. Позади, обняв трехлитровую банку, сидел Илья Львович. Звонарь, облаченный все в те же напоминающие пижаму одежды, гордо восседал на одном бортике с берданкой в руках, с другой стороны пристроился вооруженный автоматом Злой. — Что с вами, молодой человек? – спросил Илья Львович, когда я, ни слова не говоря, полез в кузов. – На вас лица нет. — Самогон свой открывайте, – велел я. — Закуски не успел захватить, даже огурчиков… — Я пить и не собирался, для артефактов надо. Тряпки есть какие‐нибудь? Нет… Открывайте, открывайте банку, Илья Львович! Звонарь, а ты рубаху снимай, быстро! Между нашими ногами лежали два «калаша», «Узи», три пистолета и порванный рюкзак, в котором виднелись магазины и обоймы. Их там было не слишком много, но все же… Радостно болтающий Звонарь без всяких возражений снял рубаху с непомерно длинными рукавами. Я положил контейнеры возле рюкзака и с помощью Ильи Львовича стал сооружать повязку, краем уха слушая разговор. |