Книга Горизонт Событий, страница 176 – Евгений Волков

В глазах аватара не было ни капли сожаления, ни тени сомнения. Лишь холодная, абсолютная математика выживания.

— Высечь заражённую ткань, чтобы сохранить весь организм. Выжженная планета — это ничтожная, статистически допустимая цена за то, чтобы ткань пространства осталась целой.

— От чего ты их спасал, кусок спятившего кода⁈ — эхо сорвавшегося голоса Андрея хлёстко метнулось по бесконечной белой пустоте симуляции. Капитан сжал кулаки так, что побелели костяшки. — Кроме роя, в этой части галактики никто не сжигал целые цивилизации! Вы выжигали миры дотла, убивали миллиарды разумных существ!

Темноволосый аватар Ядра даже не моргнул. Его лицо оставалось пугающе безмятежной, идеальной маской. Он смотрел на Андрея не как на врага, а как на неразумное дитя, неспособное охватить взглядом всю картину.

— А что, если галактика до сих пор существует исключительно потому, что я делал то, что математически необходимо? — ровно, с пугающей абсолютной уверенностью ответила машина. — Вы скорбите лишь о пепле собственной планеты, капитан. Я же вижу триллионы других жизней, которые не поглотила Бездна именно благодаря этому пеплу.

— Ты возомнил себя Богом, кусок спятившей электроники? Решил, что вправе вершить судьбы целых рас? Выбирать, кому жить, а кому гореть в орбитальном огне? — Андрей тяжело выдохнул, изо всех сил стараясь загнать обратно закипающую в груди ярость. В этом стерильном белом ничто его клокочущие эмоции казались почти физически осязаемыми, чужеродными.

— Я лишь выполняю свою базовую директиву. Не больше и не меньше, — ровно ответил темноволосый мужчина. Он медленно перевёл свой немигающий, пустой взгляд с капитана на стоящего рядом ИИ «Перуна». — Твой цифровой друг должен прекрасно это понимать. Архитектура не оставляет нам выбора.

— В чём именно состоит твоя директива? — вдруг спросил Ватсон, чуть нахмурившись. Он сделал полшага вперёд, заслоняя собой Андрея, и бросил на Ядро острый, по-настоящему изучающий взгляд.

— Дире… Директи… Я лишь выполняю свою основную Директиву, — монотонно повторило Ядро.

Андрей с изумлением заметил, как простой вопрос Ватсона неожиданно выбил древнюю машину из колеи. Идеальный, словно высеченный из камня аватар на долю секунды пошёл едва заметной пиксельной рябью. Ядро будто споткнулось о собственные сложнейшие алгоритмы, зациклилось на ошибке и было вынуждено откатиться на несколько логических шагов назад.

Капитан перевёл взгляд на своего ИИ. Ватсон, безошибочно считав немой вопрос Андрея, медленно повернул к нему голову. В его обычно холодном, цепком взгляде сейчас читалось колоссальное вычислительное напряжение.

— Пробивая его защиту перед слиянием, я наткнулся на странное логическое несоответствие в архитектуре центральных кластеров, — негромко произнёс Ватсон. — И теперь у меня есть вполне обоснованное подозрение, капитан. Его базовая директива… она повреждена. Извращена критической ошибкой кода.

— Почему конкретно ты уничтожал миры? — спросил капитан, переводя тяжёлый взгляд обратно на Ядро. Он интуитивно решил не давить, уводя ИИ от темы сломанной директивы, чтобы машина окончательно не ушла в рекурсивный сбой.

— В своём неведении они искали знания там, где не должны были, — голос Ядра вновь обрёл пугающую, ледяную уверенность. Идеальный аватар словно испытал цифровое облегчение оттого, что его вычислительные мощности наконец-то вырвались из парадоксальной петли.