Книга Горизонт Событий, страница 47 – Евгений Волков

Враги открыли огонь мгновенно, без перехода. Не было ни предупреждающих окриков, ни боевого клича, ни команды — лишь абсолютная, мёртвая тишина вакуума, вдруг разорванная ослепительными вспышками. Трёхпалые манипуляторы арианцев раскрылись, обнажая фокусирующие линзы, и коридор залило едким фиолетовым светом. Сгустки перегретой плазмы вырвались наружу, с шипением плавя переборки и превращая завалы в лужи шлака. Эти существа не знали страха и не искали укрытий. Человеческая тактика боя была им чужда. Они просто шли — неумолимая чёрная стена, методично подавляющая любое сопротивление шквальным огнём. Они наступали, не сбиваясь с шага и не замедляясь, даже когда ответный огонь высекал искры из их брони. Их движения были дёргаными, механическими, но пугающе точными.

Корс стоял ближе всех, укрываясь за каким-то выступом в коридоре. Ослепительный плазменный сгусток ударил ему точно в центр нагрудной пластины. Композитная броня ЕБК-10М, рассчитанная на кинетические удары и осколки, не выдержала прямого термического шока. Плазма прожгла керамику и титан за долю секунды, превращая защиту в расплавленную ловушку. Корс не успел вскрикнуть — мгновенное испарение плоти и перепад давления оборвали его жизнь раньше, чем мозг успел зарегистрировать боль. Он просто рухнул назад, как марионетка с перерезанными нитями, а из дымящейся дыры в груди в ледяной вакуум вырвались остатки кислорода и серый пепел.

Зейд заставил себя отвести взгляд от дымящихся останков пилота. Времени на скорбь не было — эмоции он отключил так же, как автоматика скафандра отключает повреждённые сектора. Сейчас он перестал быть человеком. Он стал продолжением своего ЕБК-10М. Скафандр, созданный для жестоких абордажных боёв в тесных коридорах, сейчас работал на пределе своих технических возможностей. Гидравлика надрывно выла при каждом движении, пытаясь компенсировать чудовищную отдачу тяжёлого карабина «Вулкан». Каждый выстрел бил в плечо, как кувалда, но экзоскелет поглощал инерцию, позволяя Зейду удерживать прицел на цели, которая двигалась вопреки всем законам биологии и физики.

Он, наконец, поймал этот ритм. Их жуткий, «битый» алгоритм движения. Арианцы не шли плавно — они телепортировались рывками на метр вперёд, замирали на долю секунды, словно обрабатывая данные, и снова совершали резкий выпад.

Выстрел — рывок — выстрел.

Зейд перестал целиться в корпус — это было бесполезно. Он ждал. Он выжидал ту самую долю секунды, когда механизм приходил в движение. Вот он. Один из дроидов шагнул вперёд. Чёрные матовые плиты на его ноге разошлись, открывая на мгновение сложный, серый узел шарнира. Зейд нажал на спуск. Короткая, злая очередь тяжёлых вольфрамовых игл прошила пространство. Снаряды ударили точно в открывшийся коленный сустав в момент сгиба. Металл брызнул ослепительным снопом искр, из развороченного механизма хлестнула чёрная маслянистая жижа. Нога машины подломилась, и арианец рухнул на пол, но даже падение было механическим, лишённым боли. Он не закричал, не схватился за рану. Он просто продолжал ползти, скребя манипуляторами по металлу палубы, неотвратимо приближаясь к своей цели.

— Долго ещё⁈ — крикнул Зейд, отбрасывая пустой магазин и загоняя новый.

— Почти! — голос Тома срывался на истерику. — Мы пробились! Вижу жилу! Это… это невероятно! Там течёт река энергии!