Книга Горизонт Событий, страница 83 – Евгений Волков

Но их жертва не была напрасной. Сил, что стремились в эту отчаянную, почти самоубийственную атаку, всё ещё было достаточно. «Перун» с размаху влетел в зону смерти — кипящее месиво из обломков, уничтоженных кораблей и роящихся дронов противника.

По броне забарабанило, словно градом по жестяной крыше. Это ошмётки металла и остатки «Шершней» разбивались о носовые щиты и корпус. Системы ПКО эсминца взвыли, работая на пределе механики: турели вращались так быстро, что сливались в размытые пятна, выплёвывая тонны вольфрама и плазмы, расчищая дорогу перед носом корабля.

И вот, за этой завесой хаоса, открылся он. «Скат». Он был огромен, закрывая собой звёзды.

— Цель в захвате! — прокричал ракси, его голос дрожал от азарта.

— По флагману противника… всем, что у нас есть… Огонь! — скомандовал капитан.

Это был не просто залп. Это был единый выдох всего флота.

«Перун» содрогнулся. Это ревели главные калибры. Спаренные рельсотроны выплёвывали вольфрамовую смерть с максимальной скорострельностью, на которую только была способна автоматика, раскаляя стволы добела.

Но эсминец был не один.

Слева и справа, сверху и снизу, прорываясь сквозь облако обломков, в атаку шли десятки других эсминцев Объединённого флота. И у них аргументы ещё оставались.

Сотни ракет расчертили пространство, обгоняя «Перун». Это была лавина из противокорабельных ракет, выпущенная всеми уцелевшими кораблями прорыва. К ним присоединились лучи лазеров и сгустки плазмы. Вся эта концентрированная ненависть преодолела последние километры за доли секунды и с размаху врезалась в самое уязвимое место гигантского «Ската» — в пульсирующее багровым светом око главного калибра.

Эффект превзошёл самые смелые ожидания.

Ослабленные щиты флагмана, перегруженные необходимостью удерживать колоссальную энергию выстрела, просто не выдержали массированного удара извне. Они лопнули, рассыпавшись искрами. Ракеты и снаряды беспрепятственно вгрызлись в исполинские эмиттеры орудия, которые уже пульсировали от перенапряжения, готовясь сжечь планету. Произошло то, что физики назвали бы «катастрофическим высвобождением связанной энергии».

Багровое свечение в центре «Ската» на мгновение сжалось в точку, а затем взорвалось ослепительной, нестерпимо яркой белой вспышкой, затмившей собой местное солнце. Это не был обычный взрыв. Это сдетонировала сама энергия супероружия, разорвав гигантский корабль изнутри. Экраны потемнели, отсекая яркую вспышку, и Андрей видел на них, как обшивка левиафана вспучилась, словно яичная скорлупа. По километровому корпусу побежали трещины, из которых вырвались гейзеры голубого пламени.

— Рулевой, уводи нас! В сторону, быстро! — заорал Андрей, понимая, что флагман сейчас превратится в сверхновую.

Но было поздно.

Расширяющаяся сфера ударной волны — смесь плазмы, радиации и обломков — догнала уходящие эсминцы.

«Перун» подбросило и закрутило, как щепку в водопаде. Остатки носовых щитов перегрузились и погасли с жалобным воем. Удар был такой силы, что Андрею показалось, будто сам корабль стонет от боли. Свет в рубке мигнул и погас, сменившись зловещим красным аварийным освещением. Гравикомпенсаторы отключились, и капитана швырнуло вперёд, несмотря на ремни. Последнее, что он видел перед тем, как сознание померкло от удара и перегрузки, была тактическая сфера: огромная красная отметка вражеского флагмана распадалась на тысячи мелких осколков.