Книга Хроники Менталиста 4, страница 101 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— Настя, — я чуть подался назад, опираясь локтями на медные бортики. — Правда. Не стоит. Я… к такому совершенно не привык.

— Но всем господам всегда помогают слуги… — она запнулась на полуслове, и её взгляд снова спустился вниз, на секунду задержавшись там, где гладь воды преломляла свет. Губы девушки снова слегка приоткрылись.

— Я — не все, — выдавил я, чувствуя, как лихорадочный жар волной разливается по венам.

Настя замерла, глядя на меня снизу вверх. В её выражении лица на мгновение столкнулись легкое разочарование и искреннее любопытство.

— Если… — она вновь неосознанно провела языком по губам, и это движение вышло совершенно инстинктивным, — если вам вдруг понадобится помощь… Я буду стоять прямо за дверью. Просто позовите. В любую секунду.

Эти последние слова были произнесены тихим, почти интимным шёпотом.

Я лишь молча кивнул, совершенно не доверяя собственному голосу.

Настя присела в реверансе — медленно, изящно, давая мне возможность во всех деталях разглядеть тонкий изгиб шеи и провокационную линию декольте. Затем развернулась и направилась к выходу. Походка у неё была отточенной: бёдра покачивались чуть сильнее, чем требовалось по строгому дворцовому уставу, словно она точно знала, какой вид открывается сзади и насколько жадно за ней наблюдают. У самого порога девушка замерла, обернулась и снова встретила мой взгляд — с той самой завлекающей, полускрытой улыбкой.

— В любой момент, Ваше Высочество, — повторила она тихим, проникновенным тоном. — Для абсолютно… любой просьбы…

Дверь мягко закрылась, и я остался в густом пару купели один.

Я откинулся на медный борт, тяжело и рвано дыша. Сердце колотилось где-то в самом горле, отбивая оглушительный ритм. Кровь всё ещё пульсировала в висках, а тело пылало — и чертова горячая вода с терпкими маслами совершенно не помогала прийти в себя. Настя ушла, но в воздухе до сих пор висел её сладковатый, цветочный аромат, а перед глазами стоял этот медленный, открытый взгляд и то, как она неосознанно провела языком по пухлым губам.

Это было слишком откровенно. Слишком нагло и просчитано для простого предложения вытереть меня полотенцем.

И как только лихорадочный жар от женской близости начал понемногу спадать, мозг наконец включился на полную мощность, увязывая последние дни в одну странную, нездоровую картину.

Что-то здесь не сходилось.

Сначала те три студентки-практикантки во время осмотра. Молоденькие, неопытные, в тонких халатиках, краснеющие от одного взгляда на обнажённое тело. Настоящих суровых лекарей и хладнокровных медсестер, способных латать раненых без тени эмоций, тут хватало с избытком. Но ко мне почему-то отправили именно зелёных, аппетитных девиц, которые едва удерживали свои юношеские позывы.

Теперь вот Настя. С её подчеркнутой формой, глубоким вырезом, покачивающимися бёдрами и открытым, почто прозрачным флиртом.

Похоже, меня аккуратно, планомерно и очень умело берет в оборот местная контрразведка или кто-то из дворцовых кукловодов. Подорвать контроль семнадцатилетнего пацана, вырванного из трущоб и ошалевшего от резкой смены обстановки, проще всего именно так — через постель, красивую женскую ласку и фальшивую заботу. Подложить нужную девицу, привязать к себе, выведать тайны или просто получить удобный рычаг давления — классика, старая как мир.